Дело было в девяностом

Лидия Николаевна прислушалась, песня красивая, из современных, этот поёт… как его… Юра… про белые розы… Женщина прижала портрет к груди, заслушалась зачарованно… и не сразу различила трель дверного звонка. А когда различила, то спохватилась, убрала портрет в шкаф, поспешила в прихожую…

За дверью стояли улыбающиеся Рома и Рита, и он, и она с букетами. Вошли. Рома вручил букет матери, обнял, поздравил и отошел, уступив место сестре.

– Мам, мы поздно так, извини, раньше не смогли, – сказала Рита смущённо, – ничего, а?

– Да проходите скорее, я жду, жду… А Антон где, не знаете?

– Не знаем, – ответил Рома, – он может и вообще не прийти…

– Да придёт, мам, – сказала Рита, – вот увидишь.

– Ну, пошли уже, – вздохнула Лидия Николаевна и первой направилась в зал.

Пили, ели, говорили. Опустела бутылка, открыли другую. Лидия Николаевна и Рита порядком захмелели, Рома держался, так как пил через раз, пропуская. И вот, около десяти, звонок.

– Тоша! Это он! – не сдержалась мать, вскакивая с места.

– Я открою, мам, – сказал Рома.

– Вот, я ж говорила, что придёт, – добавила Рита.

Вошёл Антон. Младше Ромы почти на два года, он был не менее высоким и широкоплечим. Кстати, оба в отца, тот тоже был немаленьким. Антон широко улыбался, держа в каждой руке по розе.

– Мам, Рит, это вам…

– Спасибо, Антоша…

– Спасибо, братик…

Только сейчас Рома заметил свежую ссадину на подбородке брата, но промолчал. Антон держал голову низко, чтобы рану не разглядели, но Рома разглядел.

– А мы тут напились немного, – у Лидии Николаевны было прекрасное настроение, – ты помой руки, Тоша, и к нам…

– Хорошо, мам…

Антон двинулся в ванную, Рома за ним.

– Откуда у тебя это… на бороде?

– Где? А, это… Да сцепился с одним… козлом…

– Ну и как это произошло?

– Да, не важно…

– А цветы откуда?

Рома решил, что не отстанет, пока не выяснит всю правду.

– Купил… Чё ты пристал, Рома? – Антон уже вытирал руки полотенцем, – пошли уже…

– Постой, я кажется, понял… Ты отметелил кого-то, а розы отобрал… Ведь так?

– А если и так, то чё? Да, отобрал.

У чувака три было, я две попросил и ему одна для его тёлки оставалась… Какая разница, три или одна? А он на меня с кулаками… Видал бороду? Как прицепил мне… Пришлось побить урода…

– Да, Антон, ты даёшь… Цветы украл и подарил маме с Ритой… Охренеть!

– Не украл, а добыл в честном бою.