Штрихи

Вот и шел теперь сей угодливый гражданин по улице и мечтательно размышлял об оставшихся не замененных световых приборах.

И тут на этого самого замечтавшегося гражданина неожиданно налетел выбежавший из двора Сеня.

Было бы странно, если бы оба наших героя смогли устоять после такого столкновения на ногах. Они и не устояли: Сеня оказался в состоянии свободного полета, а гражданина Когана закрутило, словно балерину при исполнении тридцати двух фуэте.

В следующий момент Сеня приземлился на асфальт; мгновение спустя рядом шлепнулся так и не понявший, что произошло, гражданин Коган, не выдержавший головокружительного, в прямом смысле слова, вращения.

Еще через секунду или полоторы к ним присоединился потерявший во время преследования фуражку старший сержант, совершивший в сторону Сени прыжок, которому позавидовал бы сам Лев Яшин, и в полёте успевший защелкнуть на запястьях преступника наручники.

Первым вскочил на ноги Сеня, но, как только он попытался сделать спринтерский рывок, благим матом заорал гражданин Коган, успевший лишь слегка приподняться с земли.

В это время из-за угла навстречу Сене выбежал лейтенант, который, как мы помним, побежал в обход. Сеня, мгновенно сориентировавшись, рванул в сторону, пытаясь выскочить на проезжую часть, но что-то ему сильно мешало набрать необходимую скорость. А мешал ему неотступно следовавший за ним и на всю Ивановскую орущий гражданин.

Оказалось, что старший сержант в спешке по ошибке надел наручники на левые руки обоих фигурантов происшествия.

И Сеня, пытаясь удрать от опасности быть задержанным стражами порядка, тащил как на буксире орущего от боли в руке и страха гражданина Когана, проклинаышего жену друга с ее дурацкими лампочками и пока ещё не осознающего, что он – настоящий герой, задержавший опасного преступника.

Не будем утомлять читателя дальнейшими подробностями, кажется, всё уже и так ясно. Переходим к финалу нашей истории.

Сеня без должных почестей был помещен в СИЗО.

Доблестным полицейским начальство объявило благодарность (устную), причём старшему сержанту тут же был объявлен выговор и произведен вычет из зарплаты за утерянную материальную ценность – фуражку.

Самому начальству свыше была дарована премия (денежная).

Сложнее оказалось с гражданином Коганом. По всем прикидкам получалось, что именно он, а не стражи порядка, задержал Чистюлю, случайно оказавшись на пути убегающего злоумышленника.