Наследники Эдема

Мы уже подписали себе смертный приговор, это точно.

– Чего ты стоишь?! – заорал «головастик», разворачивая лейтенанта так, чтобы тот оказался на линии огня. – Прыгай, говорю!

Я метнулся к окну, но выпрыгнуть так и не успел. Стекло вдруг со звоном разлетелось мелкими осколками, и в помещение упали две дымовые гранаты. Это, похоже, в игру вступили американцы.

Сквозь дым я ничего не мог разглядеть. Не видел ни «головастика», ни лейтенанта. И уж тем более, лежавших на полу солдат. Все, теперь точно попались.

И как будто в подтверждение моих мыслей в пелене дыма мелькнули темные силуэты. Свет из окна хорошо их выделял, и я не удержался, вдавив кнопку. Нить хлестнула нападавших по ногам. Раздались дикие вопли, а вслед за этим со стороны двери послышалась одинокая автоматная очередь. Видимо, кто-то с перепугу начал стрелять. Пули крошили бетон совсем рядом со мной, обдавая колючими брызгами.

– Не стрелять, уроды! – вдруг во всю глотку закричал прапорщик Мамедов. – Вы мне сына заденете! Илья! Илюша! Ты где?!

Но лейтенант не отвечал.

Перевалившись через искореженный стол, застрявший в проломе, я оказался в соседнем помещении. Тут же в спину уткнулся обалдевший лейтенант, которого швырнул мне вслед «головастик». Сам спиллянин показался мгновением позже, паля из автомата по скрытым в дыму солдатам.

– Уходим! – прокричал он, и сиганул прямо в раскрытое настежь окно.

Я не стал торопиться. Прикрывшись заложником, с опаской выглянул наружу. И правильно сделал. «Головастику» повезло. Он каким-то образом успел проскочить, а вот мне уже вряд ли получится уйти. Несколько пуль, предупреждающе разнесших раму в щепки, все наглядно объяснили.

– Это конец, Фёст, – неожиданно проговорил лейтенант. – Разумнее будет сдаться.

– Как ты узнал?! – я схватил его за горло и притянул к себе.

Но ответить лейтенант не успел. Окно со стороны улицы вдруг заслонила тень резко остановившейся машины. Я мельком увидел, что это был «Хаммер».

– Давай, «крот»! – послышался голос спиллянина. – Быстрее!

Нет, за рулем сидел уже не «головастик», а какой-то крутой спецназовец. Сначала он проломил стену тяжеленным письменным столом. Из АК палил так, будто всю жизнь держал его в руках. Потом под пулями угнал машину.