Квадратный метр неба

– Да брось ты, в любом случае спать будем порознь, – успокоил Ассоль Питер, увидев, как она нахмурила брови.

Девушка подумала о плюсах и минусах того и другого, решив, что даже небольшая, но уютная квартирка, гораздо привлекательнее люксового номера гостиницы.

– Если ты не против и у тебя есть подходящий вариант, то давай снимем квартиру с балконом или террасой, – предложила Ассоль и добавила: – Только по возможности не слишком близко к центру и достопримечательностям, чтобы отгородиться от людского шума.

Питер достал телефон и сразу же позвонил своему приятелю, проживающему в Венеции, с просьбой, чтобы тот позаботился о съёме жилья. В этом городе Питер бывал не раз, ему был по душе его плавающий ритм со своими особенностями, находящими своё отражение в способе передвижения, архитектуре, городских торжествах. Посещал он Венецию в основном в конце осени и начале зимы, когда погода считалась не самой отличной для отдыха, благодаря чему поток туристов был минимальным и можно было спокойно наслаждаться венецианскими видами.

Он любил этот город, но никогда бы не остался здесь жить постоянно, для него он был относительно невелик, с малым количеством имеющихся возможностей и перспективных знакомств, тем не менее Питер находил в Венеции отдушину.

– Когда я здесь была в прошлый, мне казалось, что даже солнечные лучи находятся в тесноте, – неожиданно подметила девушка.

– У тебя есть ещё один знакомый Питер? – с наигранным возмущением спросил он.

Ассоль сочла это слишком забавным, и, немного толкнув Питера своим плечом, добродушно съязвила:

– Не один, а целых два, и они явно будут посимпатичней и посостоятельней тебя, – после чего невзначай потеребила волосы Питера, тот, в свою очередь, импульсивно взял девушку за руку.

После нескольких секунд оцепенения оба почувствовали себя неловко и не сказали и слова друг другу до конца маршрута.

Отношения между Питером и Ассоль носили весьма неоднозначный характер: с одной стороны, они абсолютно не понимали друг друга и не стремились этого сделать, с другой, это же абсолютное непонимание являлось намного большим, нежели обыденное человеческое взаимопонимание.

Между ними никогда не возникало каких-либо интимных моментов на что-либо претендующих, максимум они ограничивались дружескими объятиями. Несмотря на это, их судьбы и желания связывала невидимая прочная нить, гораздо крепче тех тонких, которые возникают при мимолётных телесно-близких контактах между людьми.