Черный. Марионетка

Сафа?ш повернулся к угулу?ру и с его руки в грудь, уже развернувшегося синекожего здоровяка, ударил темный сгусток. Хотя в темноте коридора этого не было видно. Угулу?р уронил меч и упал на колени. Цвет кожи быстро менялся на серо-черный. Поражение Тени разрушало организм умирающего в муках угулу?ра, но он даже не мог кричать от пожирающей боли.

Сафа?ш подошел к замершему в движении верзиле. Покопавшись в его сознании ничего интересующего для себя не нашел. Тот только знал, что Миф с одной рабыней прятался в своем доме уже неделю.

И всё.

Проклятье стянуло глазные яблоки зверочеловека и изуродовало его лицо. Сафа?ш пошел вниз к оставшемуся мисти?фу, на которого наложили заклинание паралича. За спиной смертокни?жника рухнуло мертвое тело верзилы.

Но и вор ему ничем не помог, разве что Сафа?ш узнал о том, что этот особняк Мифу подарил герцог. Теперь оставалось осмотреть запертый подвал.

Спускаясь на первый этаж, Сафа?ш вспомнил, как добирался в этот город. По пути, еще перед лесом, ему попался поселок.

Вначале жители не хотели ничего рассказывать, делая вид, что не понимают о ком идет речь, но когда смертокни?жник показал свою сущность и начал по очереди забирать жизни всех подряд, оказалось, что у них на постоялом дворе останавливались два парня. И у одного из них действительно были красные глаза. Еще ему поведали о местной шайке, которая всегда подстерегала одиноких путников по пути в Арк-ка?ну и убивала их, забирая все имущество. В тот раз они сумели убить только одного, но не красноглазого, а нужный смертокни?жнику человек ускакал. Позже, когда Сафа?ш оставил за собой полностью мертвый поселок, он действительно наткнулся на павшую лошадь. Получалось, что он шел верной дорогой…

Заклинание Вскрытие сработало безотказно, и хитрый замок подвала щелкнул внутренним механизмом…

За неделю до ночных событий.

После сытного ужина в честь закрытия долга перед герцогом, Александр откинулся на спинку шикарного стула и попросил:

– Ри?ка, налей чаю, будем поглощать сладости.

Ци?рика довольно улыбнулась и пошла за чайником. Александр посмотрел на девушку, которая вновь облачилась в бесформенную то ли рубаху по щиколотки, то ли не приталенное платье. Она сама попросила переодеться, сказав, что ей неудобно в этом обтягивающем тряпично-кожаном дорожном костюме. А Александру нравилось смотреть на ее подчеркивающие одеждой невероятные формы.

– Вот Ри?ка у нас молодец, – улыбался Александр, глядя на зарумянившуюся Ци?рику.