Сторож

 – Раньше туда проход закрывался БСК, а теперь электроника не работает… вот они и спрятались здесь…

Пройдя все уровни и проверив каждое помещение, они обнаружили еще три трупа. Только в этот раз не выдержали курсанты, согнувшись, пытаясь сдержать рвотный рефлекс. У Володи образовалось какое-то отупение. Он глянул на трупы и тут же вышел в коридор, сжав и разжав кулаки.

Нет, к этому невозможно привыкнуть. Когда труп на похоронах, это одно, но когда ты видишь тех, кому не повезло добежать до укрытия, кого беспощадная радиация в считаные дни изувечила и жестоко умертвила… Здесь же возникают мысли: а если бы я был на их месте?.

Володя отогнал наваждение.

Его попутчики быстро пришли в себя, удержавшись от снятия противогаза: видимо таблетки действительно помогали.

После дальнейшего обследования оказалось, что дверь на лестницу, через которую несчастные сюда попали, была тщательно забаррикадирована, а разбирать завал не было никакого смысла, к тому же они зафиксировали дверную ручку ломом.

– От кого это они так прятались?.. – насторожился Ва?дин.

Володя опять пожалел, что у него в руках нет никакого оружия, даже монтировка на станции нашлась только одна.

– Наверное, от людей… – сказал Обуй.

– Идем на лестницу, – позвал Володя, стараясь не думать о том, что их ждет наверху.

– Пацаны, – с тяжестью на сердце обратился ко всем Гребень, – у меня к вам просьба… Про Вальку никому не говорите.

– Само собой, – вздохнув, ответил Обуй.

Лестница вывела к площадке перед выходом на станцию. Володя осторожно взялся за ручку двери, находящейся в угловой нише рядом с затвором.

– Ну? – почему-то шепотом спросил Гребень.

– Страшно, – честно признался Володя.

Прошли три дня после атаки, и что сейчас творится на поверхности, действительно было страшно представить.

Володя опасливо повернул ключ в замочной скважине, и звук движения внутреннего механизма в полнейшей тишине, оглушил.

Все замерли. Ни звука.

Выдохнув, Володя надавил на дверь, и та легко открылась, выпуская его к не полностью закрытому гермозатвору. Тишина не мерещилась, она окружала все пространство. И первыми звуками были шаги обрезиненной обуви защитных костюмов. Никто даже не обратил внимания, что их дозиметры еле слышно пощелкивают.