Маяк туманного мыса

Как ни странно, тьма за дверью оказалась не столь густой и непроглядной, скорее всего, глаза привыкли к отсутствию освещения. Я достаточно легко определил форму помещения, разглядел металлическую печку с выходящей из нее трубой, гору каких-то досок у противоположной от входа стены. Вопреки ожиданиям это была не огромная казарма, а узкая продолговатая комната. Походило на то, что кто-то, понимая, что отапливать большое помещение нерационально, отделил для себя немного жилплощади. Это несложно, достаточно было просто соорудить еще одну стену вот тебе уют и комфорт!

– А это может означать только то, что неизвестный мне хозяин северных апартаментов поселился уже после ухода военных, – пробормотал я, – пожалуй, хорошая новость.

Она дает слабую надежду на то, что здесь если не живут постоянно, то хотя бы периодически бывают люди…

Ступив два осторожных шага, я подошел к тому, что во тьме казалось печкой в народе известной как буржуйка. Не ошибся. Толстый чугун, шершавая поверхность.

Пальцы ощупали боковую поверхность, быстро нашли решетчатую дверцу. Схватили круглую ручку, приподняли, потянули на себя. Внутри топки что-то было, что именно можно было выяснить позже, для начала стоило проверить одну гипотезу.

На верхней плоскости у самого дымохода пальцы нащупали металлическую коробочку. Схватили ее, машинально встряхнули. Звука, который я хотел бы услышать, не последовало, что порождало сомнения, но расстраиваться было слишком рано. Я резко встал, слишком резко.

Рана взорвалась вспышкой боли, правда, она очень быстро забылась. Странная вообще это боль, кажется, она появляется лишь после того, как я о ней вспомню, и тотчас же исчезает. Подозрительная боль…

Изучение находки продолжалось. Легко удалось выяснить, где верх, где низ. Пальцы цепко схватились за крышку, медленно, чтобы резким движением не рассыпать содержимое, подняли ее. Я затаил дыхание. Да! Внутри оказалось то, за что я отдал бы все что угодно, даже часть собственной жизни.

Спички! Большие туристические спички, да еще и залитые парафином, чтобы не отсырели. Это же просто праздник какой-то!

Сноп искр осветил комнатушку. Вспышка света, ровное пламя, на удивление приятный аромат горящего дерева. Глаза понемногу адаптировались к новой обстановке. Свыкались они со светом, с явлением, о существовании которого практически позабыли. Они жадно цеплялись за всевозможные цвета, пытаясь насладиться ними.