Пленники острова Стримов

Ну, все же просто, все понятно, чего же вы от меня хотите? Почему стоите, из-за чего митингуете?

Похоже, я окончательно проснулся. Выпрямился, чувствуя, как оживают мышцы, доковылял до двери, сел рядом с Витькой. Как мог дружелюбно улыбнулся, кивнул двум десяткам рабочих, которые собрались у нашего крыльца. Они загомонили громче, то ли продолжая свой «митинг», то ли приветствуя меня.

Реакцию «просителей» на мое появление понять было трудно, но вот Витька искренне обрадовался. Он энергично пожал протянутую ладонь, кивнул и спросил:

– Слушай, Серега, ты языками владеешь?

– Русский – без словаря, английский – со словарем, украинский – на уровне интуиции, – скороговоркой выпалил я.

– Понятно, ты такой же полиглот, как и я, даже хуже, жаль! – энтузиазм друга моментально угас.

– А что собственно произошло? – я громко зевнул. – Пока я спал…

– Да кто их поймет, – Витька пожал плечами и махнул рукой. – Они вообще странный народ. Все у них не по-человечески. Казалось, вчера приезжал шеф, если кому есть что сказать – не молчите, скажите! Нет, все нормально, все всех устраивает.

Только начальство за порог, пожалуйста, митинг просто у дверей спальни…

– И что в подобных случаях полагается делать?

– Как обычно, слушать надо, договариваться. Только просто слушать мало, надо еще понимать то, что слышишь! – тяжкий вздох стал иллюстрацией к Витькиным словам. Он раз вздохнул, второй, но вдруг заметно повеселел, соскочил на землю, ступил шаг, обернулся, призывно махнул мне рукой.

 – Спускайся, сейчас во всем разберемся. Вот человек, который нам поможет, Пак Искандар Буана! Единственный, кто говорит не только на родном наречии. Он английский знает, правда, не очень, но это на порядок лучше, чем… ничего…

Высокий худощавый мужчина в годах пробрался сквозь толпу. Уверен, именно этого человека я видел с верхушки маяка вчера. Завидев его, рабочие моментально умолкли, они расступились, низко кланяясь и застывая в полупоклоне. Я последовал примеру друга, спрыгнул вниз, стал рядом с ним.

Витька слегка наклонил голову, я в точности скопировал его жест.

Мужчина поклонился Витьке, повернулся ко мне, отвесил точно такой же полупоклон, обвел взором своих соплеменников, повернулся к нам, часто, сбивчиво заговорил. В его монологе действительно проскакивали английские слова, вот только мало их было…

– Я так понял, он что-то о могиле говорит, – растерянно пробормотал я, стараясь мысленно повторить то, что услышал.