Выжить. Блокадный дневник

Однако все утро изредка громыхали выстрелы. (Мама узнала, что в предыдущую ночь были разрушены дома Гр-ва, и еще одного преподавателя). В течение всего дня было очень много тревог. Вечером мы оделись, так чтобы можно было сразу выбежать, и легли в кровать. Больше часа прошло в ужасно – томительном и напряженном ожидании тревоги. Наконец в 11 часов завыла сирена и сразу началась пальба. Я, мама и бабушка сошли опять вниз на лестницу, захватив с собой табуретки. Ночь была спокойней чем накануне, но все же то усиливающаяся, то утихающее жужжание самолета и пальба продолжались очень долго.

Два раза мы слышали очень близко свист рассекаемого бомбой воздуха, но взрыва не последовало, из чего мы заключили, что это были зажигательные бомбы. Перед тем, как ложиться, я с папой вышли на балкон. Стояла очень светлая, лунная ночь, весь город был залит лунным светом. Было совсем тихо и только на юго-западе широкой бледно-алой полосой разливалось по темному небосклону огромное зарево далекого пожара. Горело где-то за Мариинским театром, по направлению к портовым складам. Небо было все усыпано звездами. Яркая полная луна невозмутимо спокойно сияла в темной вышине. Тишина царила над городом. В 1 час ночи тревога кончилась, но еще долго, после того как мы легли спать слышалась глухая пальба.

12 сентября

На следующее утро меня опять разбудили в 9 часов, потому что была стрельба. Я оделся, но стрельба стихла. В течение дня не было ни одной тревоги, но почти весь день время от времени доносилась назойливое жужжание одинокого самолета и глухая, но тяжелая орудийная стрельба.

Мама узнала, что в предыдущую ночь был разрушен дом еще у одной преподавательницы. До сих пор все эти люди оставались целы (один был ранен в голову), потому что сидели кто в прачечной, кто в лестничной клетке. В предыдущую ночь большие разрушения были на улице Жуковского. Почти по всей улице были выбиты стекла. В этот день я вынимал вторые рамы. Вечером опять оделись, но едва успели это сделать, как вдруг в десятом часу началась тревога. Мы схватили табуретки, и сошли вниз. Ночь была очень темная, хоть глаз выколи. Все небо было обложено тучами, и накрапывал частый дождь. Мы просидели внизу до 10 часов, в томительном ожидании налета. Выстрелов не было. В 10 часов вдруг заиграла труба отбоя. Мы взошли наверх, но легли на постели не раздеваясь, потому что были уверены, что будет новая тревога. Около 11 часов (все было тихо) я задремал. Очнулся я, когда было уже 2 часа ночи. Все было по-прежнему тихо.