Выжить. Блокадный дневник

30 сентября

Утром все небо обложено беспросветной серой пеленой. Днем небо очистилось; чистое голубое небо с редкими, проплывающими тучевыми облаками. В промежутке между 2- 4 часами небо опять сплошь заволоклось беспросветной, серой пеленой. Утро прошло спокойно. Днем около 4-х ч. была слышна отдаленная, глухая стрельба зениток. Потом все стихло. В 4-30 ч. мы с мамой отправились к Евгении Васильевне. Не успели мы дойти до угла Восстания и Рылеевой, как завыла сирена. Мы бегом добрались до Евгении Васильевне, когда мы влетели в парадную она как раз спускалась с детьми в бомбоубежище.

Мы пошли тоже. Бомбоубежище у них роскошное. Много больших, просторных комнат, залитых бетоном; над головой толстые металлические балки; между комнатами тяжелые металлические двери с болтами; в комнатах много удобных, чистых, деревянных скамеек; большая железная печь; матовое электрическое освещение; в одной комнате даже стол, покрытый красным сукном. В таком бомбоубежище очень плохо слышны внешние звуки. Тревога была не более 30 минут. После этого мы отправились домой. Дома я с Котей таскали горбыли, которые привезли во двор для заколачивания окон. Пришел папа. Он рассказал, что одному из его сослуживцев пришло письмо от знакомых из Тихвина. Пишут, что туда беспрестанно прибывают люди, ушедшие пешком из Ленинграда. Таким скитальцам часто помогают шоферы, которые гоняют свои машины на фронт и обратно. Они за достаточную плату берутся доставить людей к фронтовой полосе, к такому месту, где в настоящее время более спокойно. Отсюда люди пробираются сквозь линию фронта и дальше. Около 7-40 ч. когда мы ужинали, опять завыла сирена. Мы оделись. Очень скоро начались выстрелы. Я с мамой сошли вниз. Бухали зенитки, то ближе, то дальше. Через некоторое время сошел папа. Бабушка не захотела сойти. Минут через 20 выстрелы стали быстро приближаться; послышалось сильное, жужжанье низколетящего самолета; послышался свист бомбы и затем раздался сильный взрыв. Содрогания почвы не было. Те, кто был на чердаке, говорят, что 2 раза дрогнуло, но это было, вероятно от воздушной волны. Жужжанье продолжалось еще некоторое время, потом стихло. Выстрелы еще продолжались с перерывами, но потом и они стихли. Завязали разговор. Говорили, что в Москве сейчас много спокойнее. Затемнение домов осталось, но улицы освещены. Враг далеко; о приближении самолетов всегда узнают заранее; тогда дают тревогу и тушат свет. С продуктами там тоже лучше.