Выжить. Блокадный дневник

16 ноября

Меня разбудил папа, открыв дверь и сказав, что пора вставать уже 9 часов. Я еще полежал немного, потом встал, помылся. Мама разогрела мне кашу. После этого папа с мамой отправились в дом №3, относить вещи (бабушка еще раньше сговорилась с дочерью Матильды Прокофьевны, у них была сводная, пустая комната). Я согрел бабушке и себе по чашке воды. Пришел Котя (вчера нужно было перерегистрировать карточки с 9-ти часов, но Котя опоздал, регистраторша уже ушла, и потому ему пришлось утром 16-го идти с Солнцевой регистрировать карточки).

Мы все взяли по две вещи и перетащили их в дом №3. Там мы вошли в большую, холодную и мрачную комнату с окнами, выходящими в темный, узкий двор. Пришли и сразу расселись по мягким стареньким креслам. Посидели. Котя был очень расстроен. Он с глухим отчаянием рассказывал, что в эту ночь бомбы попали на Гродненский (в дом, где продавались хозтовары) на Гусева, на Восстания, на Жуковскую и т.д. Папа собрался пойти походить по Невскому проспекту, поискать резец для стекол. Я пошел с ним. Стояла ясная, солнечная погода. На голубом, чистом небе не было ни одной тучки. Последние дни барометр стоит очень высоко. Небо сплошь безоблачно. Мы с папой прошли по ул. Восстания на Невский. На Жуковской улице было перегорожено, бомба попала в мостовую перед больницей. Вышли на Невский, затем к Красниковым. Оттуда прошли до Думы. Там большие разрушения. Бомба попала возле колонки. В здании все окна зияют. В гостинице окна также выбиты, но уже аккуратно забиты. Мы подходили к Михайловской, как завыла сирена. Перешли на другую сторону, и пробродив по галереям Гостиного двора, мы наконец забрались в бомбоубежище во дворе. Вскоре был отбой. Мы вышли, зашли в магазин напротив Думы, вышли и опять тревога. Сидели в том же бомбоубежище. После отбоя ждали 5-ку на Михайловской, не дождались и пришли пешком домой в дом №3. Там все было по-прежнему. Котя сидел за небольшим столиком и писал списки. Мама согрела на спирали всем по банке воды и сделала какао. Я выпил две чашечки с кусочком хлеба. После этого пили какао мама потом папа. Я сидел и читал. Потом Котя пошел узнать, что делается дома. Он долго не возвращался, папа уже собрался сам пойти посмотреть, когда он пришел и сообщил, что работы еще не начинались, рабочие ждут начальника и пока можно входить в дом. Мы с мамой вернулись домой, мама разогрела мне полную сковородку пшеничной каши ( вместо обеда и ужина, т.к.