Очевидное-Невероятное

Стёкла в оправе, разумеется, отсутствовали.

– Сколько я вас знаю, ребятки? – говоря, старик то и дело поглядывал на бутылку. – Сто лет?

Его настрой не сулил ничего хорошего, это я понял сразу.

– Дашь лодку, – сказал одноглазый, – получаешь во… вторую бутылку молока. Молоко – мечта! Только что из-под коровы!

Козлобородый поспел как раз на конец фразы и внёс свою лепту:

– А нет, вернёшься обратно в Очевидное-Невероятное. Готов ты к такой развязке?

Старик приподнялся, подложил под себя шапку и сел обратно.

По лицу его наперегонки стекали бодрые капли пота.

– Лодка есть, чет-нечет! – На всякий случай он крепко прижал бутылку к груди, давая понять, что разлучить их теперь, чет-нечет, может только смерть! – Камышинную затоку знаете?

– Ну? И при чём тут?

Парни занервничали. Пока всё ещё короткий весенний день заканчивался, встречать ночь в холодном поле явно не входило в их планы.

– Там она. На приколе. С вёслами, всё как полагается. Вчера с полудня в Тарутино плавал – за ряженкой, обратно обессилел.

Хотел сегодня с утра забрать, да забрало заело!

Хранитель закудахтал, явно довольный своею шуткой.

– Так что, сходите сами, парни. Крепкие, здоровые – чего вам! Десять минут туда – десять обратно! Прямо рядом с Шевардинским Редутом. Лодка хорошая, не волнуйтесь. Десятерых таких, как вы – кабанов выдюжит! Быстрее начнёте – быстрее закончите! А неофита оставьте, я постерегу.

Для меня это было достаточно странно, но парни согласились! Что-то в речи Хранителя их явно подкупило, может, Шевардинский Редут?

Сопровождающие сняли сумки, и, пригрозив старику на ход ноги, твёрдой поступью отправились искать судно.

– Ну вот, а теперь поговорим в соответствующей манере.

Старик похлопал ладонью по бревну, приглашая меня присесть.

Там вдали за рекой загорелись огни. Огни Очевидного-Невероятного. Здесь на склизком речном склоне они казались такими тёплыми и дружественными, так манили к себе, что хоть не перебирайся через реку вплавь.

На секунду я даже представил себе, что это огни Лас-Вегаса. Но у Хранителя на этот счёт, похоже, было иное мнение.

Я сел рядом.

– Обиделись, небось, за «заблудшую душу»?

– Сначала обиделся, – признался я честно. – По привычке. Так уж у нас принято – сперва обижаемся, а после думаем – за что.

– Вот-вот… Рад, чет-нечет, что вы это понимаете… Молочка?

Он протянул мне бутылку.

– Только Кока-Кола, – отказался я. – И только диетическая.

13.