Холодное лето 1402-го. Том 1

Все выгода! Иди уже… – снова хмыкнул дядюшка, только на этот раз каким-то своим и, судя по всему, довольно игривым мыслям. – Только позови мне этого щеголя дижонского! – выкрикнул он уже в спину.

Я уже успел выскочить во двор, дверь – оставалась распахнута, и гость не мог не слышать. Вряд ли ему понравились эпитеты, но судя по умению владеть лицом, маг не ошибся, когда решил доверить ему вести переговоры.

Насмешливо подмигнув ему, я покинул двор, не оглядываясь. И не сомневаясь на счет того, кому именно предложить эту работу.

Пройдя мимо нескольких подворий в сторону центра, я скрылся в небогатом, но вполне ухоженном дворе на нашей же улице. Осторожно постучал в покосившуюся от времени дверь и, не дожидаясь ответа, вошел.

…Наш сосед Натан, прозванный «Кривым», в отличие от большинства носителей такого когномена* обладал полным набором глаз. Лет двадцать назад какая-то тварь изуродовала ему своими когтями правую половину лица, но повезло – зрения не лишила. Сейчас ему было немногим за тридцать, и теперь можно было уверенно подытожить: это «украшение» вряд ли чем помешало ему устроить свою жизнь.

Сосед успел жениться, завести одну за другой шесть дочек, и получить известность среди местных купцов, как честный и исполнительный работник. Он всегда готов был за сравнительно небольшие, но справедливые деньги, подрядиться на погрузку и охрану товара, помахать веслом, ну или взяться присматривать за животными во время короткого перехода в одно из ближайших поселений.

Местные купцы платили за такую работу чуть больше, чем она стоила на самом деле, просто потому, что это все равно было куда дешевле, чем брать кого-то на постоянной основе. Народ вокруг был хоть как-то пристроен, а те, кто нет – давно уже вымерли во время очередного голода или продались с головой, чтобы этого избежать. Конечно, если повезло найти хозяина, желающего потратиться.

Недоступен для предложений Кривой Натан был только некоторое время весной и осенью, когда занимался своим личным полем.

Выращенные им самим «перловые» (ячмень) и гороховые каши, похлебки и супы – были основой семейного рациона. Даже в неурожайный год он умудрялся вырастить достаточно, чтобы не умереть с голоду. Если вырастало хоть что-то вообще.

– Мое почтение, сосед! – сообщил я всему честному семейству, что, как и ожидалось, проводило большую часть по-зимнему свободного времени у очага в тепле. – Хочу нанять кого-то из твоих дочерей.