За семью печатями. Тайны церкви

Артур потянулся, сделал несколько резких движений, разгоняя кровь. Провел рукой по небритой щеке. Да, он не брился уже почти неделю. Скоро будет борода, как у настоящего мужчины, как сказал отец Иннокентий. Он оделся и вышел из комнаты. Комната его располагалась на втором этаже небольшого пристроя, который примыкал прямо к монастырской стене.

Артур спустился вниз и прошел в умывальню. Через пятнадцать минут начнется заутреня[4 - Заутреня – ранняя (на рассвете, до обедни) церковная служба у православных.].

Опаздывать нельзя, в монастыре это все равно что в армии поднятие флага.

Он усмехнулся: нашел сравнение. Все же 20 лет армейской службы сказывались.

Быстро умывшись, он прошел на территорию монастыря и зашел в храм. Через минуту началась заутреня.

Артур молился вместе со всеми. Когда две недели назад он пришел сюда в поисках утешения, он не знал ни одной молитвы. Но отец Иннокентий рассудил здраво: «Молись как умеешь! – сурово сказал он. – И нужные слова придут. Но „Символ веры“ и „Отче наш“ должен знать!»

Артур выучил эти молитвы за день.

И выучил еще несколько. В том числе святому Николаю, покровителю всех воинов.

Он прикрыл глаза и стал молиться за своих товарищей. Перед ним снова встали картинки расположения роты, когда их боевая группа вошла внутрь. От крови обувь стала скользкой, везде лежали останки и фрагменты тел. Взрыв был такой силы, что человеческие части тел находили за 50 метров от расположения роты. Остальных после взрыва добили моджахеды. Рота российских погранцов в горах Таджикистана была полностью уничтожена.

Здесь же лежали убитыми и десять таджикских военных, погранпост.

Отряд спецназа ворвался в расположение роты, поливая огнем все подряд. Но они никого не нашли. Все моджахеды ушли. Впрочем, кто это был, так и не выяснили. То ли моджахеды, то ли наркоторговцы, а может, просто бандиты.

Он как будто впал в транс. Ему опять привиделась рука. Рука молодого бойца, лежащая на земле и держащая шоколадный батончик. Господи! Батончик! Не автомат! Артур судорожно сжал кулаки, ногти врезались в ладонь.

Лицо его посерело и выглядело так, словно его свело судорогой.

Отец Иннокентий обвел глазами зал и увидел Артура. Прервал чтение службы и указал монаху дальше читать библию, он подошел к Артуру и положил руку на плечо.

– Сын мой! Очнись!

– А-ах! – Артур отскочил от него, как от раскаленной печи.

– Это я, отец Иннокентий!

– Ах, да, отче.

– Что, опять видения?

– Да.