За семью печатями. Тайны церкви

Они сидели за столиком в кафе. Все в рясах, на них косились другие посетители.

– Нечасто, видимо, здесь отдыхают католические священники, – усмехнулся Франческо.

– Давайте о деле, – сказал кардинал.

– Фра Лацио сейчас расскажет.

– К нам в монастырь попала одна дама, сеньора Багратони, – начал аббат. – Она вдова русского, потомка эмигрантов второй волны. Ее муж попал в плен во время второй мировой, а после войны остался в Италии. У них родились дочь и сын. Так вот муж у сеньоры умер четыре года назад.

Дочь ее вышла замуж за американца и уехала в США. Сын уехал еще раньше. Она осталась одна и решила посвятить себя служению Богу.

Но ее сын хотел увидеть родину отца. Он уехал в Россию. Там попал под влияние православия и два года жил при монастыре Валаам. Там он кое-что узнал. Что-то такое, что он немедленно уехал оттуда. Разочаровался в православии вообще. Вернулся в Италию. Повидался с матерью, рассказал ей все и уехал в Южную Америку в миссию нашего ордена. Помогать индейцам.

– Что же он мог узнать? Ты заинтриговал меня, Фра Лацио! – сказал кардинал.

– Об этом мне стало известно из рассказа сестры Багратони. Она благочестивая женщина и очень переживает за сына. Хотя теперь за него можно не волноваться, он направлен Господом нашим на путь истинный, ибо что может быть лучше, чем помощь в миссионерстве?

Так вот она рассказала мне, что ее сын стал свидетелем страшного преступления. Такого, что совершенно несоразмерно пониманию церкви. Именно это преступление и его безнаказанность отвратили ее сына от православия.

– Вот видишь, я не зря потревожил тебя на отдыхе, – сказал Франческо Кончини, когда Фра Лацио завершил свой рассказ.

– Да, определенно. Очень интересно. Большое спасибо, Фра Лацио, что ты проделал такой путь, дабы передать мне лично эту новость. Затем кардинал снял с руки свой перстень и запечатал губы капуцина.

– Храни все в тайне, брат мой, – сказал он.

***

Зима виделся с Артуром регулярно.

Бывший военный постоянно бывал у него на службах. Казалось, скромная часовня была ему милее огромного храма. Однажды, увидев, что он так и не нашел покоя в своей душе, Зима посоветовал Артуру поехать в монастырь. Проще всего было договориться с Валаамским монастырем. Один звонок Никодима, и Артура примут как родного.

– Поживешь при храме пару месяцев, разберешься в себе. Поймешь, что там за жизнь, – сказал Зима.

– Да я уж, собственно, жил.