Карлов

Шкаф, щель под кроватью, пространство под стулом и двадцать сантиметров за шторами. Стас искал место, где бы ему можно было спрятаться, но спрятаться в таких местах было бы так же нелепо, как встать на четвереньки и прикинуться журнальным столиком, так что руководствуясь простой логикой, «чем дальше тем лучше», Стас схватил с тумбочки телефон и выбежал на балкон.

Стас подбежал к перилам и начал озираться вправо – влево. Не зная ни кто это люди, ни чего они хотят, оказаться в их руках Стасу совсем не хотелось.

Не хотелось ему и осуществлять задуманное, впрочем, «хочешь жить, умей крутиться», так что два глубоких вдоха и вот Стас перелез через перила и начал перебираться на соседний балкон.

Дверь вылетела из проема, Искандер издал боевой клич и вошел внутрь номера. Пройдя через коридор, он очутился в центре комнаты и бегло огляделся. В это время из ванной вышел человек, обернутый полотенцем, увидел Искандера и вздрогнул.

– Ну здравствуй, Андрейка, где ты есть?! Я всё ищу тебя, зову – кис, кис, кис, а ты никак не откликаешься! – воскликнул Искандер в свойственной себе шутливой манере, – С совестью у тебя как, вообще? В детстве в песочнице на ведерко променял что ли?!

– А…а…, а вы кто!?– опешил Андрей и сделал шаг назад.

– Неужто не узнал?! Я кроткая зубная фея пришла к тебе по делу! По завтрашнему делу, если быть точным, – ответил Искандер, игриво помахал ресницами, а затем усмехнулся и ударил Андрея прикладом в подбородок.

Не успев и пикнуть, Андрей рухнул на пол, словно сложившийся карточный домик.

В это же время в соседнем крыле страсти тоже приближались к точке кипения.

Перебравшись на соседний балкон, Стас сел на корточки и, использовав экран телефона, как зеркало, перенес его через стенку и начал смотреть, что происходило в его собственном номере. Боец выбил дверь и начал осматривать комнату. Сначала шкафы, затем ванную, потом под кроватью и на балконе. Он не пропусти ни одного места, где можно было бы спрятаться, усмехнулся и пошел проверять следующий номер, так что Стас поспешил вернуться к себе.

Быстро, без суеты, Стас перелез через перила и начал продвигаться в сторону своего номера. Босые стопы наступали на острый край ветхой напольной плитки, и это было неприятно, но хуже было то, что случилось после. Именно в тот самый момент, когда Стас был правой ногой на одном балконе, а левой на другом, в коридоре, напротив входа в его номер, промелькнул боец, который осматривал номера на другой стороне коридора.