Карлов

– Во дает мужик! Израненный как дворовой кот, а силы хоть отбавляй, – пробубнил Вася, усмехнулся и добавил, – вот таких-то и любят женщины! Их у него наверное целый гарем! Надо будет попросить преподать мне парочку уроков обольщения, ну или может сведет с какой кокетливой кошечкой, – пробормотал Вася и расплылся в мечтательной улыбке.

Вспотевшие голые стопы хлюпали о напольный кафель и оставляли на нем смазанные грязные следы. Стас вышел в центр комнаты, огляделся и прикинул что, да как. В помещении был полумрак, а те самые солнечные лучи, разлиновывали пространство абстрактной желтизной.

По периметру комнаты стояли стеллажи, на которых лежало свернутое белье, а в дальнем конце комнаты был какой-то шкаф и две двери. Пройдя в левую дверь, Стас попал в зал, в котором стояло прачечное оборудование – стиральные машины, сушильные барабаны и гладильные доски с прессами. В помещении не было никого и, судя по беспорядку, людей вывели отсюда прямо посреди рабочего процесса. Помимо двери, через которую вошел Стас, из комнаты было еще три выхода, и как выяснилось буквально через пару минут, две из трех дверей вели в кладовку с химическими средствами, а третья – в комнату отдыха персонала.

– Да где же он!? – пробубнил Вася, выглянул из кустов и продолжил бормотать, – может что-то случилось? Может там кто-то был и его схватили!? Может его уже пытают или и вовсе убили, – протянул Вася, жалостливо шмыгнув носом, округлил глаза и начал ерзать.

Стас вышел из прачечной комнаты, повернул налево, вошел в другую дверь и очутился в котельной. Это было мрачное помещение, стены которого были покрыты сажей, так как котел работал на угле. Стены были оплетены трубами, в углах стояли баки, а в дальнем конце комнаты были большие печи, рядом с которыми стояли рундуки наполненные углем. Так же из котельной Стас спустился в подвал, включил свет и начал искать лаз, о котором ему рассказывал Вася.

– Да сколько же его уже нет, – пробубнил Вася, раз в двадцатый глянув на часы, поморщился и потер висок.

Он смотрел на здание прачечной, то и дело переводя взгляд с двери на охранников, находящихся на крыше. Он нервничал, ему было страшно, но и сидеть на месте он уже больше не мог. Он вновь перевел взгляд с клумбы на бойцов на крыше, дождался момента, когда они отвернулись, выскочил из-за куста и – шаг, три, пять.... и вот уже его спина прижалась к холодной гранитной чаше.