Любовники туманного города

Звучит лёгкий, ритмичный фанк, уносящий в беспечное путешествие по солнечным островам, где поют и танцуют радостные люди. И музыка эта словно манит и зовёт, но сама все дальше и дальше уплывает, словно не нашла себе приюта в мрачном туманном и унылом городе. Седой вздыхает и выключает приёмник.

Блуждая по чужим снам, никогда не знаешь, где проснёшься.

Александр лежит на деревянном паллете, укрытом картоном и смотрит в потолок. Его глаза безвольно закрываются. Вероника сидит рядом.

– Расскажи мне какую-нибудь страшную сказку, – просит она, пытаясь завязать диалог.

Его веки слегка поднимаются и тут же снова закрываются. Видно, что он уже не в силах справиться со сном.

– Да я уже забыл все сказки, – бурчит он.

– Тогда придумай какую-нибудь историю сам. Можно про себя. Можно из книжки. Ты же наверняка много книжек прочёл. Только с приключениями и желательно очень страшную.

– Моя жизнь, Вероника, не самая интересная история.

– Ну, тогда, например, как ты прыгнул.

Ну, придумай что-нибудь. Тебе же было страшно?

– Да нет. Просто вышел на улицу и решил немного прогуляться. Иногда мне нравится гулять по ночному городу. И, вдруг, я услышал женский голос. Осмотрелся по сторонам. Вокруг никого. Ну, думаю, показалось. Пошёл дальше. Затем ещё раз услышал тот же самый голос. Опять осмотрелся. Опять никого.

– А куда ты шёл – то?

– Не важно. И, вдруг, в небе я заметил большое серое облако. Как северное сияние. Оно медленно крутилось, вертелось, меняло очертания и превратилось в женское лицо.

Ну, я и пошёл в ее сторону и вышел к мосту. А потом я вспомнил, что в детстве хотел прыгнуть с этого моста в воду. Я поднялся на мост. Залез на самый верх. И когда она исчезла, я прыгнул. Вот и все. Остальное ты знаешь. Страшно получилось?

Вероника оживляется и садится чуть ближе.

– Ужас какой! А какая была она? Ну, эта женщина? Симпатичная хоть?

– Не знаю. Это же было облако. Как там разглядишь какая? Образ.

Вероника заинтересованно придвигается ближе к Александру.

– Какие у неё были глаза? Помнишь?

Александр открывает глаза и смотрит в глаза Вероники

– Как у тебя.

– А волосы, какого цвета?

– Вероника, это же было облако, – еле ворочает губами он.

– А причёска? Ну, вспомни, – толкает она его в плечо.

Александр лежит неподвижно, словно силы покинули его окончательно, и из последних сил ворочает губами.

– Кажется, пучок на затылке.