Кремлевский детектив. Василий Блаженный

Кремлевский детектив. Василий Блаженный

Сергей Власов

Кремлевский детектив

Суперагенту Отдела быстрого реагирования ФСБ Климу Неверову удается всего за несколько дней предотвратить широкомасштабную катастрофу, угрожающую России и ее президенту.

Сергей Власов

Кремлевский детектив. Василий Блаженный

Все имена, названия и события – вымышленные. Совпадения с реальными именами носят случайный характер.

Пролог

После того как барыге несколько раз аккуратно врезали по почкам, желания разговаривать у него стало побольше.

Более того! Он, как по волшебству, начал гораздо лучше понимать русский язык и в значительной степени избавился от гнусавого таджикского выговора.

– Во блин! Натурально, я его исцелил! – гордо заявил старший оперуполномоченный Решетников.

– Никто в твоих способностях и не сомневался, – усмехнулся майор ФСБ Астахов, наблюдавший за процессом «обработки» барыги из дальнего угла кабинета.

– Убивают! – визгливо заорал барыга, демонстративно глядя на Астахова. Почему-то этот неряшливый лохматый азиат все еще был уверен, что сухощавый интеллигентный человек в дорогом сером костюме имеет намерение защитить его от звероватого опера.

– Пока нет! – сказал Решетников и несильно стукнул барыгу по загривку.

Астахов вздохнул, подошел к таджику, проникновенно посмотрел ему в глаза и тихо спросил:

– Тебе ведь Боженко дурь поставляет? А?

Таджик вскинул было руки в умоляющем жесте и заныл:

– Никакой Боженко не знаю.

Какая дурь? Мамой клянусь, мне подбросили…

Астахов тоскливо закатил глаза к обшарпанному потолку кабинета:

– Ты мне, сучий потрох, сказку про белого бычка по новой не заводи! – сказал он. – Пока я добрый, но могу и рассердиться. Еще раз: ты дурь у Боженко берешь?

Таджик все-таки был непроходимо глупым. Он не рассмотрел нехорошего огонька во взгляде фээсбэшника и потому снова плаксиво заверил, что никакой дури у него отродясь не было и со всякими сомнительными личностями он не якшается.

Астахов развел руками и ответил:

– Не хочешь по-хорошему – будет по-плохому. Я пойду, ручку куплю – моя что-то писать перестала.

Таджик разинул рот – видимо, очень хотел спросить, при чем тут ручка? Но пока он собирался с духом и формулировал мысль, Астахов уже вышел из кабинета.