Льуминос

Возле меня проходила железная лестница, идущая вниз прямо к танцполу. Хотя людей было очень много и по этой лестнице двигался постоянный поток человеческой массы в приподнятом настроении, вдалеке я заметил красивую молодую девушку, поднимающуюся по ступенькам. Когда она приблизилась ко мне почти вплотную, я заметил её безумно красивые слегка раскосые голубые глаза. Столпотворение было неимоверное, но когда она проходила мимо, практически вплотную ко мне, я ощутил то ли толчок, то ли укол в солнечное сплетение.

Это было настолько явно, отчетливо и необычно, что у меня на какое-то время даже перехватило дыхание.

Хотя в моей жизни, на тот момент, случалось уже много всякого разного, такое я ощущал впервые. Это не было обычным сексуальным влечением или возбуждение, это было что-то другое – будоражащее, необъяснимое и в каком-то смысле мистическое.

Сначала я стоял как вкопанный, приходил в себя, потом по инерции, хвостиком поплелся за ней.

Обычно я старался в таких делах не медлить, поэтому решил сразу с ней и познакомиться.

Я начал мямлить что-то по поводу её красивых глаз и нашего казино, пытаясь провести логическую линию между этими двумя объектами, но быстро потерялся в словах и только стоял и кивал головой.

Она меня внимательно выслушала, мило улыбнулась и сказала:

– Извините, но я здесь работаю, а не отдыхаю, и сейчас сильно занята.

После чего развернулась и ушла.

Я был, конечно, разочарован, но решил не отступать и ещё раз попробовать с ней познакомиться.

Жизнь продолжалась, казино работало, ночной клуб расцветал, в том числе благодаря нашему казино, а наши экономические дела, как я и предполагал ранее, становились всё хуже и хуже. Через месяц работы наши убытки уже составляли около двухсот тысяч долларов. Нужно было срочно решать – рисковать и работать дальше в надежде, что казино вот-вот начнет давать прибыль, что, кстати, часто и бывает, или останавливаться и подсчитывать свои убытки от этого безнадежного предприятия.

Я, наверное, больше, чем другие, понимал, что слишком много факторов тогда играло против нас. Шансов что-то изменить у нас не особо-то и было. Рисковать и работать дальше – означало влезть в еще большие минуса, к тому же была немалая вероятность, при таком раскладе, полностью обанкротиться.