Льуминос

Милиция сработала очень быстро, через минуту его уже вывели из здания вокзала, посадили в машину и увезли в отделение.

То, что было потом, я излагаю уже со слов Дениса, который всё это и рассказал. Правда, сделал он это немного позже – когда перестал на меня обижаться и на всю произошедшую историю мог смотреть уже с юмором.

Когда его арестовывали на вокзале, делился он, для него вообще всё происходило как во сне. Он абсолютно ничего не мог понять и как-либо адекватно реагировать на происходящее. Когда его доставили в отделение и завели в кабинет к следователю, он начал включать свой мыслительный процесс и сделал один единственный на тот момент вывод.

А вывод в его голове сформировался такой: всё это какое-то недоразумение, и арестовали его, вероятнее всего, по ошибке, перепутав с кем-то.

К тому моменту следователь уже пригласил в кабинет понятых, чтобы провести обыск личных вещей.

«Следователь представился и спросил: есть ли при мне какие-то запрещенные вещи, типа оружия, наркотиков или чего-нибудь подобного», – рассказывал Денис.

Конечно, он ответил, что ничего подобного не имеет.

«А в чемодане что?» – спросил следователь.

«Рукописи…» – взволнованно ответил Денис, явно предчувствуя что-то неладное.

«Ну, давайте с чемодана и начнём», – продолжил следователь. И аккуратно, надев резиновые перчатки, открыл этот злосчастный чемодан.

«Когда он выложил всё содержимое на стол, я, честно говоря, – делился Денис, – с трудом удержался, чтобы не упасть в обморок.

Содержимое, мягко говоря, удивило даже навидавшихся всякого, работников милиции».

На столе перед следователем лежали так называемые «рукописи»: резиновый член из сексшопа, кожаная плетка, моток ржавой проволоки, старый ржавый кухонный нож, женский чулок, который, по версии следователя, Доцент надевал себе на голову, когда творил свои страшные злодеяния, старый номер детского журнала «Мурзилка» – ещё советского образца, и… селедка. Много селедки. Каждая из которых была завернута в женские рейтузы.

Когда я готовил этот «джентльменский набор» для Доцента и заехал в магазин купить десяток женских трусов для дам преклонного возраста, продавец – молодая симпатичная девушка – спросила у меня:

«А зачем вам столько? Ваша бабушка вряд ли успеет их все сносить».

На что я ответил, что это не для бабушки, а для моего друга.

«Я находился в какой-то прострации, – вспоминал Денис. – Я – уважаемый научный работник, зав.