Объект «Зеро»

Находясь в тени, отбрасываемой такими монстрами, как наша Федерация или грейтовская Коалиция, эти страны пребывали в относительном благоденствии – до тех пор, пока не началась прямая конфронтация между Востоком и Западом.

И когда грейты на Земле капитулировали, их союзники и сателлиты оказались в незавидном положении, и многим пришлось расплачиваться за предоставленные под военные базы территории, как монголам, или за участие в военных действиях, как афганцам, или за помощь ресурсами, как саудитам-бедуинам. Фримены, основавшие «Свободную Шотландию», тоже попали под репрессии – их обвинили в пособничестве Великой Коалиции и сепаратизме.

И вот теперь они вновь собираются отделиться. Такая тяга к свободе (да и к свободе ли?) – это уже патология. Но все же будем надеяться, что у Мак-Дауна все получится…

Выкроив момент, я разыскал Лускуса и поинтересовался у него – а что стэлмены? Он не стал отпираться, но огорошил меня:

– Да брось ты, Клим! Какая от них беда? Чудики чудиками. Сидят под своей пленкой, в носу ковыряются.

Забудь.

– Но это же стэлмены! Они же… – я едва не задохнулся от возмущения. – Они же помогали… А мятеж на Аппо? А пиратская эскадра Никки Картера? А резня на станции «Новая-9»?

Лускус покачал головой и хлопнул меня по плечу:

– Иных уж нет, а те далече. Забудь. Я тебя уверяю – стэлмены, что попали сюда, – не «системники» и никакой угрозы не представляют. Работать они, правда, не будут, ну да и хрен с ними. Все, я пошел, дел по горло…

Ближе к вечеру (черт возьми, как же не хватает часов!) на Перевале появились первые загонщики.

Они весело орали что-то, но из-за расстояния слов было не разобрать. А потом следом за ними хлынул сплошной поток прыгунов, сотни, тысячи зверей, тесно сбившихся в единую бурую массу.

Акка первой оценила опасность и быстро начала выстраивать живую цепь из людей, чтобы прыгуны не разбежались по плоскогорью. Но дело едва не закончилось трагедией, и только зажженные факелы и адский шум, поднятый ребятней, грохотавшей листами обшивки, заставили прыгунов свернуть налево, к загонам, где их уже ждали «камикадзе» Рахматулло.

Стояла густая темень, когда последних прыгунов завели за изгородь. Факелы рвали мрак на куски, возбужденные люди весело переговаривались и покрикивали на прижимающих уши животных.

Чернышов, участвовавший в охоте, воткнул в землю факел и, усевшись на срубленный ствол каменной сосны, принялся переобуваться, с удивлением рассматривая стертые чуть не в кровь ноги. Я остановился рядом.