Последний шанс палача

Если что, любого вали!

– Не сомневайся, – кивнула та, успев уже спрятать кинжал. – Ты уверен, что им надо жить?

– Уверен, что нам с тобой на кичу рановато! Хотя доказать, конечно, будет трудно, зверье кости объест…

– Да помоги уже, не болтай! – сорвалась в истерику Тату. – Умирает человек, ведь это вы его зарезали!

Глеб не ускорил шаг ни на йоту. Подошел неспешно, глянул на нее лениво, и рука сорвалась сама – вкатила блондинке классную оплеуху. Первая помощь при истерике, и вообще… от полноты чувств.

Выдернул у Вована из штанов ремень, жгут получился слабоват, но уж чем богаты!

– Так и держи, мудила, пережимай! Не вздумай в обморок уплыть, истечешь кровищей!

Тот подчинился, разумеется, – они все сейчас сделались послушными. Разве что Коля отбился от коллектива по причине беспамятства. Глеб его связал, для верности, разместил всех троих у костра, сам с ружьем устроился напротив.

Еще одна веселая ночь. Сколько их таких было у него в жизни…

* * *

…Год 1991-й, Закавказье, весна, ночь.

Склон горы, дорога внизу, пять человеческих силуэтов припали к щебнистой почве.

– Задэрживаются сэгодня, – произносит человек по имени Акоп, худой и жилистый как кобра. – Нам уже дома пора сидэть, кушать матнакаш, а мы все тут!

Глебу здешняя война непонятна. На маленьком отрезке Закавказья, именуемом Нагорно-Карабахской АО, бьют друг друга потомки двух древних народов, а посередине расположены российские войска, обязанные всех примирять.

Его дело, впрочем, маленькое – доставил пакет из Москвы и сразу назад. Почти сразу.

– Тебе с ними лезть никуда не надо, – сказал перед первым рейсом Макс, невысокий хлопец без возраста, с простецким круглым лицом и деревянными ладонями. – Ты курьер с ценным грузом, а воюют пусть сами!

Глеб спорить не стал – ни в тот раз, ни до этого. Вообще ни разу с Максом не спорил за весь бурный год, проведенный с молодежным крылом клуба «Позиция». Командировки доверили не сразу – сперва митинги были и кое-что еще.

Съезжались к условленному часу, обменивались со своими взглядами, плакаты развернули во всю ширь: «Советская власть – голод, нищета, ГУЛАГ!» или покруче. Менты уже бегут, свистят, иностранная пресса камеры заранее нацелила, снимает скандальную картинку… весело, в общем! Гонорар будет позже – за бесплатно нынче только птички поют!

– Каждый работает в образе! – внушал Макс деловито.