Последний шанс палача

Слукавил шельмец – ничего особо приятного в блондинке не было. Опухшие глаза, тушь размазана, руки трясутся. Полный постстрессовый набор.

– Помедленней, не спешите. – Молодой милицейский опер в психологии разбирался плохо, да и быстро писать не умел. – Еще раз: во сколько точно они к вам зашли?

– Да не помню я! Мы спали, на фига нам часы?!

– Тихо, гражданочка, тихо. Орать не надо, а лучше спокойно все расскажите. Так во сколько ПРИМЕРНО они к вам зашли?..

В соседней комнате опер постарше опрашивал вертлявого парня с гопническими манерами.

– …Короче, бля, это… я ему сказал, типа, че ты творишь, козел?! Рамсы, говорю, путаешь, ответить придется! А он как глухой, падла, даже не смотрит, только пикой своей играет!

– Ножом? И что за нож?

– Навороченный, я ж сказал! Вместо ручки крест с «гимнастом», а жало тонкое, типа заточки! И у этого, с бородой, такая же пика! Они чокнутые, я сразу въехал!

Гайтанов «въехал» не сразу. Послушал еще чуток, задал пару вопросов, ощущая конкретный уже азарт.

С пергидрольной блондинкой пообщался дополнительно. На убитого взглянул.

– Ну, что скажешь? – Опер Леха нарисовался за спиной как раз вовремя. – Твои клиенты?

– Науке это неизвестно, – ответил майор фразой из старого фильма, черкая в блокноте пометки-каракули. Блокнот был хороший, молескин в натуральной коже – память о столичных вояжах, – а вот ручка подкачала. Простая, пластмассовая. Каракули в таком мезальянсе рождались весьма неразборчивыми, но Гайтанова устраивали.

 – Есть ли жизнь на Марсе, нет ли жизни на Марсе?.. Будем разбираться, Леха. Спасибо за наколку, сочтемся.

– Ага, тоже мне трупешник подкинешь, – цинично ухмыльнулся Кулешов. – Нет уж, кушайте сами, граждане чекисты!

Он был, разумеется, прав. Милиции бы с бытовухой разобраться да с мелким жульем, работы всегда хватает. Не ищут себе менты лишних дел – в отличие от «граждан чекистов», которых ноги кормят, как того волка.

В машине Гайтанов снова вынул блокнот.

Расчертил каракули грубо поперек, каждая колонка получила собственный номер, а там и план нарисовался – по привычке.

1. Сводка происшествий

2. Водила

3. Батюшка (нож и рисунок)

Первичный такой планчик, только для личного пользования. Начинать по-любому придется с собственной конторы, куда для опера ведут все пути.

* * *

В кабинете, нажав кнопку чайника, Гайтанов достал папку самого кондового вида – серую, картонную, с завязками.