Пастух для крокодилов

Шеф разглядывал Богдана долго и удивленно, прежде чем, перейдя на шепот, назвал фамилию. Хорошую такую фамилию, известную, хотя бы понаслышке, многим миллионам россиян, да и зарубежникам тоже. Владелец ряда банков, нескольких промышленных предприятий и посреднических структур, не говоря о бесчисленных филиалах. Спонсор, принимавший, по слухам, участие в финансировании ТОЙ САМОЙ избирательной кампании. Человек с мнением которого считаются очень многие звезды российского политического Олимпа. Суханов Дмитрий Константинович – просим любить и жаловать!

– Однако! – прокомментировал свои ощущения Богдан, сделав глоток шире, чем обычно.

 – И каким ветром эдакого гостя да в нашу провинциальную глушь?

– Сложный вопрос, Богдаша. Возможно, он учел разницу цен на такие услуги у нас и в столице. Репутацию нашу учел, весьма и весьма приятную. Самый правдоподобный вариант – избежание огласки.

Тут Богдан не мог не согласиться – как бы ни ласкали его душу другие версии. Бизнесмен Сухановского масштаба в России – больше чем бизнесмен, простите за банальность, и каждый ЯРКИЙ его поступок непременно получит огласку.

Зачем, скажите, народу знать, что очередной российский богатей тратит бешеные деньги дабы нервы себе пощекотать? «Зажрался, – скажут, – С жиру бесится!»

– И что он, всегда вот так, запросто, почти без охраны? Клиент повышенного риска…

– Сомневаюсь, Богдаша, хотя… У всех своя блажь.

С этим не поспоришь. Богдан, при желании, мог бы много порассказать о разновидностях «блажей», потому как «подучетный контингент» был на эти вещи весьма горазд.

Сам Богуславский, имей он за душой хотя бы полмиллиона баксов, ни за какие коврижки не сунулся бы в гнилые тропики, чтобы извозившись в грязи, шлепнуть несчастного крокодила. Извозившись, надышавшись миазмами, и уплатив за удовольствие сумму, равную стоимости подержанной иномарки. Каждому – свое. Негативных эмоций Богдан к клиентуре не питал – с подобными чувствами телохранителем быть невозможно – но и восхищаться не обязан. Холодная голова, знаете ли, а далее – по тексту.

– Понимаете, Яков Петрович, теперь я тем более не хочу в это влезать.

– Во что?

– В ЭТО. Которое не тонет. Большие люди – большая головная боль.

– С каких это пор ты стал бояться мигреней, будто красна девица?

– С недавних, шеф, – подняв голову, Богдан встретился, наконец, с директором взглядом и нахмурился. – С «крайней» осечки. Раньше со мной такого не случалось.