Зона Посещения. Забытые богами

Кроме прочего, – туманно, хотя вроде бы достаточно откровенно ответствовал Чен.

– Служба? Опять же, не из пустого любопытства, но можно поинтересоваться, кому служишь? Или, скорей, чему? Надеюсь, ты понимаешь, о чём я, собственно…

– А то! Представляешь, уже никому и ничему. Служил раньше, да, не отрицаю. Теперь ухитрился освободиться. Вольноотпущенник и служу сам себе, – говорливый Чен охотно развил тему. – Много энергии уходит на то, чтобы оставаться незамеченным прежней хозяйкой, но я молодец, справляюсь. Она пребывает в святой уверенности, что я сгинул бесследно, нет меня больше в ней.

Что не может не радовать, несказанно… Точно-точно![3 - См. Комментарий № 3 в финале этой книги.]

– Быть незаметным ты умеешь, что да, то да, – отдал должное Матрос.

– Это другое. Материальные облики не столь важны, и скрывать их легче. Сущность же ярко светится в… э-э… ментальных и прочих нематериальных слоях. Прятать себя истинного по-настоящему сложно, но я же лов… э-э-э… бродяга бывалый, коротко говоря. Не привыкать мне, уж сколько пройдено дорог, столько всего пережито и увидено, перечувствовано и переварено… Обретено и потеряно.

Привыкший не доверять никому Матрос в эту минуту поверил каждому слову. Чтобы подделать искренность, с которой бывалый бродяга упоминал о пройденных тропах, надо иметь конкретную цель, ради которой ведётся игра. Старейший из сталкеров пока что в упор не видел причины, ради которой с ним ведётся игра настолько высокого уровня.

Не такой уж Матрос «очень важный персон» для Зоны, чтобы плести вокруг него сложносочинённые интриги, виртуозно внедряться в доверие.

Пусть и выпадает старожил, не желающий подыхать, из её системы, но если разобраться по справедливости, что он для неё? Так, волосинка или пушинка на рукаве. Даже не заноза в пальчике и не соринка в глазу. Пух не выжигают калёным железом. На него или не обращают внимания, или смахивают однажды, когда наступит час для очистки… Без построения сложных алгоритмов процесса смахивания.

Матрос уже сидел на диване и, не выпуская из руки пистолет, смотрел на замолчавшую пустоту, сверля взглядом проход между столом и холодильником.

Комментировать прозвучавшее откровение хотелось, но слов пока не нашлось.

– Эта Зона повторяет ошибки других. Не она первая… Хотя надеюсь, всё же последняя, – заговорил голос, выдержав раздумчивую паузу. – После того как удастся искоренить, не возникнет последыша. Воспитать её не удалось, увы. Слишком многие и слишком усиленно учили плохому.