Третий дубль

Такая жара! Вышел из дому в одной рубашке.

– И не стыдиться признаваться в этом при товарище Бабкине?

– Меня зовут Владимир Алексеевич, – сказал хозяин, пропуская в дом оперативников.

– Александр Сергеевич, – представился Панин.

– А этого рассеянного юношу зовут Евгением Никитиным.

– Евгением Петровичем, – поправил младший лейтенант, и капитан подумал, что молодые ребята теперь совершенно без комплексов и ведут себя очень раскованно. Если бы они умели и дело делать!

Внутреннее убранство дачи соответствовало ее внешнему виду.

Все очень строго и скромно. Всюду дерево – хорошо обработанное, ярко демонстрирующее свои достоинства.

– Здорово тут у вас! – восхищенно сказал Никитин.

– Все своими руками, – Бабкин улыбнулся. – У меня достаток скромный. Вы думаете, что артист Ленконцерта большие гонорары гребет? Нет. Я здесь каждую досочку неделями обстругивал, чтобы она свою красоту белому свету открыла.

Тут только капитан обратил внимание на то, что все доски – и на полу, и на стенах, будучи выкрашены краской, не потеряли своей фактуры.

Словно их не красили, а слегка подсветили.

– Особая техника! – гордо сказал Бабкин. – Если заинтересуетесь, могу продать секрет. – И засмеялся: – Шучу, шучу…

Манера разговаривать – чуточку многословная, мягкая – никак не гармонировала с внешним обликом хозяина – рассчитанным на симпатии молодежи имиджем поющего рокера.

– Так где же таинственным образом попавшая к вам видеотехника? – спросил Панин. Он решил, что Бабкину совсем не обязательно знать о том, что рассказала ему Татьяна Данилкина о краже из квартиры Орешникова.

– Почему же таинственным?! Я уже говорил по телефону. Пока я был на гастролях, Леня привез видик на дачу. А вот зачем?.. – Бабкин подошел к деревянной панели стены, быстрым движением нажал какую-то кнопку. Панину показалось, что сучок в доске. Потом толкнул ладонью одну из досок, и открылась дверь в небольшой чуланчик. Первое, что бросилось в глаза, – огромная коробка телевизора «Грюндик», а на ней поменьше – фирмы «Хитачи».

За коробками на вешалке висели кожаное пальто, плащи, на полке стояло несколько бутылок сухого грузинского вила.

– Голь на выдумки хитра. Нас, обывателей, так запугали статьями о преступности, что приходится думать о самозащите. Об этом тайнике знаю я, знала моя жена, ныне покойная, мой братец Леня.

– Вы уверены, что это его техника? – спросил капитан.

– Уверен. Не так часто у нас в Союзе можно встретить «Грюндик» с хрустальным стеклом.