С кратким визитом (сборник)

 – Хозяин показал на обтянутое синим пластиком кресло с железными ножками. Такие в былые времена стояли в заводских клубах. И посчитал нужным объяснить: – Новую мебель привезут только к вечеру. А старую мы уступили за бесценок моему знакомому фирмачу.

– Вполне удобное кресло, – сказал Фризе. – Да и рассиживаться некогда.

– Вас мой охранник не обидел?

– Тем, что назвал пришельцем? Так я и есть пришелец.

– Он парень хороший, но со странностями. Бывший каратист. По-моему, обо что-то ударился головой. Иногда такое скажет… – Борис улыбнулся.

 – Черненький ко мне заходит, он объявляет: «К вам выходец с Кавказа». Кстати, а если женщина? Выходка?

– А черт ее знает!

– Давно брали? – Борис взглянул в окно. Фризе понял, что он имеет в виду его автомобиль.

– Год назад.

– Пятая серия?

– Да. Но без автоматики.

– Вот правильно! – обрадовался Борис. – С автоматической коробкой скоростей можно так залипнуть. У меня «ауди» с автоматом, так, поверите, трижды вызывал «ангелов». Один раз с полпути на Вологду.

Немалые деньги, однако. – И без перехода спросил: – Август зачем понадобился? Уж не задолжал ли?

У хозяина суши-бара было удлиненное интеллигентное лицо, а за свойским тоном угадывалось лишь желание казаться общительным и контактным. И никакой пошлости. Зачем же он напялил на себя этот киношный, в самом уничижительном смысле этого понятия, образ? Чтобы казаться модным? Фризе вспомнил слова известного поэта, написанные в шестидесятых годах: «цвет общества божественно зарос…» Ныне цвет общества «божественно» обрит.

– Совсем наоборот, – с оттенком печали ответил Фризе. – Я ему должен. И немалую сумму.

– Тю… И вы беспокоитесь, как бы «тихоход» не слинял, оставив за вами должок? Так не бывает. – Борис хитро посмотрел на Владимира и добавил: – Если только должок не опасен для его здоровья.

– За здоровье Августу Николаевичу опасаться нечего. Я и правда собирался сегодня отдать ему долг. Вчера встретились, договорились обо всем. Он и словом не обмолвился, что ликвидирует дело.

Фризе секунду помолчал, надеясь, что собеседник приоткроет завесу над скоропалительной ликвидацией фирмы «тихохода». Это словечко сыщику понравилось – короткое и ясное определение того, чем занималась фирма Седикова-второго. Но Борис молчал, ждал, что расколется гость.

– Банкротство? – спросил Фризе.

– Не знаю.

– Если это так, денег, которые я собирался ему сегодня отдать, хватило бы на то, чтобы залатать любые прорехи.