Пираты московских морей (сборник)

Упоминание о душе из уст доктора биологических наук заинтересовало сыщика.

– Вот как?

Ученый не почувствовал скепсиса в реплике Фризе, а может быть, и саму реплику не услышал из-за гула разыгравшейся стихии.

– Я имею в виду эмоции человека, его духовный мир. Вы меня понимаете?

Владимир кивнул.

– И вот, человек, венец творения Господа, как говорят богословы, умирает. Его тело превращается в прах, в гумус, в золу. Дает импульс для нового цикла развития природы. Вы меня понимаете?

Похоже, что доктор наук не был вполне уверен, что юристы тоже обладают кой-каким интеллектом.

Фризе, чтобы не разочаровывать Ростислава Игнатьевича, снова отделался кивком.

– Мы давно используем на практике механизм действия Закона сохранения и превращения материи. Но сказав А следует сказать и Б! Еще в Древнем Риме говорили: «Ex nihilo nihil fit». Что означает…

– Не трудитесь! – остановил Фризе собеседника, впавшего в менторский тон. – Это означает: «Из ничего ничего не происходит».

Мы на юрфаке латынь проходили.

– Проходили! – презрительно буркнул доктор наук.

Фризе специально употребил это словечко, чтобы собеседник спустился с профессорской кафедры на землю, вернее, на море, которое в любую минуту могло поглотить их утлую «Армению» и даже не заметить этого.

– Так вот, Володя, – после некоторой паузы, нормальным, почти задушевным тоном, сказал Ростислав Игнатьевич, – если материя и энергия не исчезают бесследно, а преобразуются в другие формы материи и энергии, то надо быть последовательными и признать, что наши мысли, чувства – весь потенциал интеллектуальной и духовной деятельности человека тоже не может исчезнуть бесследно.

Куда же все это подевалось? Псу под хвост? Нет, Владимир Петрович! Если уж Закон сохранения и превращения имеет всеобъемлющее значение, он распространяется и на духовные субстанции.

– Один мой любимый писатель выразил эту идею значительно короче и образнее.

– Да-а? – В этой реплике Фризе почувствовал и сарказм и недоверие.

 – И как же этот ваш любимец сформулировал передовую научную мысль?

– «Нет ничего прочного, устоявшегося, неизменного. Все текуче, потому что все сотворенное тоже творит».

– Ну, знаете… – снисходительно начал Ростик, но в этот момент порыв ураганного ветра подхватил фанеру и щепки от разбитого игрового стола и унес ввысь. В сторону перемигивающихся звезд Млечного Пути. А может быть, к берегам солнечного острова Кипр.