Тринадцать секунд короны

Это жуткое жгучее снадобье, обильно запивая водой, надлежало начать принимать за неделю до попадания в места обитания малярийных комаров, пить по таблетке раз в неделю и завершить прием спустя четыре недели после покидания означенных мест. Перечень побочных действий препарата оказался огромным, включая потенциальную анафилаксию и многие другие приятные неожиданности. Читать этот список я не стал, поскольку стремительно нарастало желание эту гадость не пить никогда, а значит, не ехать никуда.

Во время одного из организационных собраний, протекавших обычно за чаем по вечерам в обсерватории ИГУ, Михаил Меркулов убедительно и доходчиво поведал нашей мрачно внимавшей компании о том, что же, собственно, делает с кровью несчастного человека возбудитель малярии, попавший в нее с укусом москита. Я отношусь к разряду тех людей, которым такие вещи слушать нельзя (мои близкие это хорошо знают). А когда Михаил эмоционально воспроизвел нам пассаж о желтой лихорадке (кульминационный фрагмент звучал так: ежегодно ею заболевают в Африке сто восемьдесят тысяч человек, из которых умирают тридцать.

Тысяч, естественно). Затем последовало извещение о заболевших СПИДом. Их в Африке, согласно каноническому тексту легенды, тоже тридцать, но на этот раз – процентов. От общей численности населения. Радостная для нас весть заключалась в том, что в Кении заболевших СПИДом все-таки меньше – около двадцати восьми процентов.

Эти бодрые рассказы привели к тому, что команда еще в сентябре уменьшилась на одного человека. Наш старый добрый товарищ М., участник двух былых экспедиций, послушав проникновенные лекции Меркулова, сказал, что – ну ее, эту Африку, вместе с ее маляриями и лихорадками, не говоря уже о террористах. Пожелал нам удачи и покинул команду. Даже не знаю, какие рассказы Михаила на него больше всего подействовали – о малярии, желтой лихорадке или СПИДе.

Я, помнится, после этого специально заглянул в «Десять негритят», чтобы выписать оттуда кривоватый перевод стишка Агаты Кристи:

Шесть негритят пошли на пасеку гулять,

Одного ужалил шмель, их осталось пять.

Прививку от желтой лихорадки мы к тому времени уже поставили. Я ничего не почувствовал, а у ребят последствия укола были у каждого свои, но все неприятные. Поскольку всем нам (кроме старого доброго товарища М.