Последний шанс палача

Додумать эту мысль не успел – спуск по склону вывел их на прогалину, прямо к здоровенной бурой туше.

– Ой! – сказала Дина, забыв про болезнь.

– Замри, – сказал Глеб, находя ладонью приклад ружья. – Пятимся аккуратно, и не вздумай бежать.

– Умр-р, – сказал медведь, повернув лобастую башку. Тихо сказал, но очень выразительно. Горожанину, видавшему мишку только в зоопарке, пары таких слов хватает для полной потери самоидентичности. Двум измотанным людям стало просто страшно. Не очень. Никакого сравнения с ТЕМ, цокающим когтями во тьме!

– Отходим, отходим… умничка.

Теперь разворачивайся и топай спокойно, я сам буду оглядываться.

Ружье держал наготове, но больше для проформы – картечь топтыгина только разъярит. Сделаем ставку на звериное благоразумие!

Ставка оправдалась частично – нападать мишка не стал, но его присутствие Глеб ощутил уже вскоре. Навязчивое такое присутствие, не похожее вовсе на классическое «скрадывание». Ветки шевелятся, ворчание слышно. Или у них, бурых, любая охота «по-бурому» идет? И что тогда – мертвым притвориться, навстречу бежать с воплями… какие там еще забавные способы есть в книжках? Зверь летом сытый, может и поддаться, но проверять неохота.

Не располагают к экспериментам пять центнеров зубастого веса, решившие зачем-то брести по твоему следу! Радовало сейчас одно: Дина от зримой опасности взбодрилась и шла, уже не отставая. Кашлять, правда, не перестала. Ночевку на холодной земле не выдержит – костер придется разжигать. Собрать по пути максимум хвороста и пожертвовать-таки патроном.

Запах дыма Глеб ощутил в самый разгар планирования. Солнце к тому времени успело нырнуть за сопки, и смеркаться начало вовсе быстро. Кусты позади продолжали шуршать, хворост в руках мешал движению, Дина нервничала очень. Все сильнее хотелось пальнуть по кустам, не заморачиваясь. Тут он и пришел – запах. Близкий, отчетливый. Аромат жизни и тепла, ставшего за эти дни почти мечтой!

– У меня глюк, или ты тоже чуешь? Ну, не отставай тогда!

Про осторожность вспомнил уже в двух шагах от финиша.

Чокнутые парни с ритуальными ножами, бандюки местные – да мало ли кто тут есть?! Дергаться, впрочем, поздно – пора знакомиться!

Глава 7

Странности продолжаются

Дом – типичное зимовье. Бревна, срубленные «в чашу», ошкуренные вьюгами, промытые ливнями и прокаленные горным солнцем до цвета старой кости. Крепкая крыша, узкие оконца, защита от зверя и дурной погоды.