Пустая клетка

Пусть слуги опишут платье, в котором она была.

Бадр-ад Дин только развел руками:

– Бедный Урук-Тимур! Такое несчастье! К нему послали?

– Лучшего гонца. Только путь неблизкий, так что, думаю, будет сюда только через неделю. Ты свои дела закончил?

Наиб почтительно поклонился:

– С телом – да. Больше не буду никому мешать. Нужно еще хорошенько обыскать усадьбу.

– Вот и хорошо, – оживился кади, – надо торопиться. Сейчас прибудет шейх, я за ним уже послал, и можно будет заняться погребением.

Злат между тем увлек своего писца в сад.

– Не повезло нашим святым отцам. Как раз сегодня, когда они всю ночь не спали, и столько хлопот. Но, хочешь не хочешь, нужно предать тело земле до захода солнца. А путь до кладбища неблизкий. Так что, думаю, через час-другой здесь уже никого не будет. Кроме слуг. Сможем спокойно заняться своим делом. А пока, брат Илгизар, иди-ка ты в эту беседку да вздремни. А я со стражниками обыском буду заниматься. День впереди долгий, дел у нас полно.

На берегу пруда под ивами красовалась увитая зеленью беседка, обсаженная розами. Одна сторона ее выходила на пруд.

– Почувствуй себя эмиром хотя бы на час. Или праведником в райских кущах. – Наиб втянул носом воздух: – Цветы как пахнут! Живи, кажется, и наслаждайся. Так нет. Видно, золотая клетка красива только снаружи.

Во дворе невольники черпали из огромного чана воду – обмывать тело.

– Чистая вода?

– С реки. Только вчера утром подвезли.

Это заинтересовало наиба.

– К вам вчера водовоз приезжал?

– Ну да, – подтвердил невольник, – зимой он каждый день приезжает. А сейчас народа в доме мало, два раза в неделю.

– За ним кто следит?

– Зачем? Привратник ворота открывает, запускает. Когда тот полный чан нальет – выпускает. Все без обмана.

Глава V

Баба в кувшине

Едва похоронная процессия вышла со двора, сразу воцарилась тишина. Только сейчас суетились люди, болтали, шумели – сели на коней стражники, склонили печально головы почтенные имамы, пришедшие проводить на кладбище супругу самого ханского сокольничего, тронулись, – и снова повис в бездонном небе коршун, сонно застонали куры под забором. Словно и не случилось ничего.

Место и впрямь было малолюдным.