Пустая клетка

Важно положив руку на рукоять сабли, вошел эмир в сопровождении своего помощника-наиба. Все почтительно приветствовали друг друга. На вопрос о новостях битакчи ответствовал, что с утра есть только жалоба от мусульман одного из приходов. Сегодня ночью некий франк, по всему видно, пьяный, приставал к женщинам, идущим по улице в гости. А потом вломился во дворик, где они с соседками ужинали, и бросил им на стол свиную ногу.

Яргучи осуждающе кивали. Явное богохульство, а значит, подлежит суду по Ясе. Да еще и стороны принадлежат к разным верам.

Уже послали за жалобщиками и свидетелями. Дело, конечно, из ряда вон выходящее, но, может, удастся помирить стороны, не раздувать скандала.

Новость неожиданно заинтересовала эмира. Он быстро повернулся к наибу и сказал:

– Слышал?

Тот молча кивнул.

– Дождись-ка этих жалобщиков.

Судьи переглянулись. С чего бы это? Может, новый указ какой пришел насчет веры? Франки в последнее время так и вьются при дворе.

Ждать долго не пришлось. Жалобщики явились, едва эмир скрылся за дверью.

Это был один из приходских кади с двумя богато наряженными женщинами и толстым стариком в шелковом халате с расшитым бухарским поясом. В отличие от Бадр-ад Дина все они были очень бодры и не выказывали не малейшего признака бессонной ночи и усердного месячного поста. Судя по их виду, они, напротив, были полны сил и желания ринуться в бой.

– Мы взыскуем к высокому правосудию, – начал кади. – Вот эта почтенная женщина, Таифа, жена купца Сулеймана, говорит, что вчера ночью к ней приставал пьяный франк и хватал ее за руки и платье.

Началось разбирательство, в ходе которого выяснилось, что незнакомец не только приставал к женщинам, но и, получив отпор от кротких и благочестивых постниц, через некоторое время ворвался во двор, где они с подругами мирно разговлялись финиками и лепешками, и бросил им на стол свиную ногу. А потом скрылся во мраке ночи. Один из яргучи даже поинтересовался – где нога? Нужно было принести, улика как-никак. Его поддержал Бадр-ад Дин.

Не обязательно ведь хватать руками запретный для правоверного предмет, могли бы накрыть его мешком. Не дворцовую же стражу посылать?

В этот момент в разговор вступил почтительно молчавший до этого наиб:

– Если мне будет позволено, я хотел бы задать вопрос. Как выглядел этот франк? Во что одет?

Кади и толстый купец повернули головы к разгоряченным женщинам:

– Давайте рассказывайте поподробнее.

– Плащ на нем был. Дорогой такой, вышитый. Темный.