Шведское огниво

Скот резал строго по исламским правилам, за что имел не только всегдашнее одобрение от своих соседей, булгарских имамов, но и множество благочестивых, охочих до правил веры покупателей на большом базаре.

Вера верой, а дедовский обычай так просто не отпускает. Чалму, поди, так и не научился наматывать.

Хозяин посторонился, пропуская наиба в дом, но тот задержался и еще раз окинул взглядом двор. Во всем чувствовался простор. Сразу видно было, что места хватает. С одной стороны амбары для клади.

Большие амбары, хорошие. Целый караван при нужде можно разгрузить. С другой стороны конюшня. Тоже добротная, рубленная из бревен. Ни волку, ни конокраду не залезть. Навес для повозок. Сбоку от дома еще навес – летняя кухня. Сейчас там только старые горшки стоят – тепло в доме нужно. Еще в глаза бросился неубранный навоз. В Сарае такого обычно не увидишь. Дрова дороги, кизяку даже на городских улицах или площади залежаться не дают. А здесь пока щепы с пристани достаточно.

Хорошо, что зеваки не набежали. Но Злат прекрасно знал: уже к вечеру весь Сарай будет болтать, что таинственным исчезновением интересовался сам эмирский наиб. Благо хоть стражу не взял, а то пересудам конца бы не было.

– Значит, ждал меня?

Хозяин сразу понял, что спрашивает наиб неспроста. Но виду не подал:

– Если бы ждал, разве похлебку из требухи готовил бы? Когда была парная телятина.

Наиб кивнул:

– Действительно. Постояльца джинны унесли. Дело житейское.

На постоялых дворах такое сплошь и рядом.

Сарабаю не нужно было ничего объяснять. Он и сам прекрасно понимал, что власти никакими джиннами не интересуются. А вот исчезновение гостя на постоялом дворе – повод для самого пристрастного расследования. Кому же неведомо, что такие места слишком часто оказываются гнездами самого безжалостного разбоя? Особенно опасного тем, что в таких случаях нужно как можно тщательнее хоронить концы. Любой оставшийся в живых свидетель сразу погубит промысел.

Это не на дороге кистенем махать.

– Я разве не понимаю? Потому и дверь ломать старосту позвал со свидетелями. Думал, может, помер постоялец-то. Чтобы лишнего подозрения не было. А оно вон чего… – Хозяин шагнул в дверь, словно приглашая наиба последовать за собой. – Я даже трогать пока ничего не велел и дверь не чинить. Хоть и свидетели нашлись, а все равно любой может убедиться – дверь была изнутри закрыта на засов.