Чужой

– L-выравнивание по правому и левому бортам в норме, – ответил Паркер без тени обычного сарказма.

– Норма по центру спинального разделения, – добавил Бретт.

– Пересекаем терминатор, – сообщила всем Ламберт. – Входим на ночную сторону.

Внизу темная линия разделила плотные облака, из-за чего с одной стороны они были ярко подсвечены, а с другой – темны, словно могила.

– Уже почти. Уже почти. Наготове, – Ламберт последовательно переключила несколько тумблеров. – Наготове. Пятнадцать секунд… десять… пять… четыре.

Три. Две. Одна. Замок.

– Отсоединить, – коротко приказал Даллас.

Между «Ностромо» и громоздкой платформой с нефтеочистительным заводом показались тонкие струйки газа. Две рукотворных структуры, одна – крошечная и населенная людьми, вторая – огромная и безлюдная, медленно отдалились друг от друга. Даллас внимательно следил за разделением на экране номер два.

– Центр чист, – объявила после короткой паузы Рипли.

– Поправка введена, – Кейн откинулся в кресле и на пару секунд расслабился.

 – Все чисто и в порядке. Успешно разъединились. Никаких повреждений.

– Здесь тоже, – добавила Ламберт.

– И здесь, – с облегчением сказала Рипли.

Даллас глянул на навигатора.

– Ты уверена, что мы оставили ее на стационарной орбите? Мне бы не хотелось, чтобы все два миллиарда тонн свалились и сгорели, пока мы там шарим внизу. Атмосфера не настолько плотная, чтобы обеспечить нам надежный зонтик.

Ламберт сверилась с показаниями.

– Она останется здесь на год или около того с легкостью, сэр.

– Ну ладно. Деньги Компании в безопасности, а значит, и наши черепа тоже. Давайте спускаться. Приготовиться к полету в атмосфере.

Пять человек сосредоточенно работали, выполняя каждый свои задачи. Кот Джонс сидел на левой консоли и изучал приближающиеся облака.

– Снижаемся, – внимание Ламберт было приковано к шкале высоты. – Пятьдесят тысяч метров. Ниже. Ниже. Сорок девять тысяч. Входим в атмосферу.

Даллас следил за собственным инструментарием, пытаясь оценить и удержать в памяти десятки постоянно изменяющихся цифр.

Полет в глубоком космосе складывался из подобающего почтения к инструментам и оставления всей тяжелой работы Матери. Полет же в атмосфере был делом иным: для разнообразия, здесь приходилось работать пилоту, а не машине.

Коричневые и серые облака поцеловали нижнюю обшивку корабля.

– Осторожнее. Выглядит паршиво.

«Как типично для Далласа», – подумала Рипли.