Душегуб

Там полно всяких запасов: оружие, продовольствие, одежда… И генератор стоит – можно несколько веков жить при свете.

Почувствовавший неладное Феликс нахмурился и скрестил руки на животе:

– Брешешь!

– Стал бы я брехать! – обиделся его товарищ. – Всё как есть тебе говорю: мне один челнок по секрету обмолвился.

– Челнок брешет!

– Все у тебя брешут! А челнок правду говорит. Пораскинь мозгами: строило же правительство всякие бункеры и убежища. Не могло не строить. И где строило бы? Подальше от городов, ясное дело.

– Ничего не ясное! – махнул рукой Феликс. – Лапшу тебе вешают, а ты только уши расправляешь. Никто нас бомбить не станет – бомбить будут мутантов за морем.

– За каким морем?

– А на юге за морем. Там мутантов развелось, у-у-у… Говорят, лодки строят, скоро до сюда доберутся.

– Через море, что ли, доберутся? – фыркнул с недоверием Джанни.

На это Феликс только развёл руками:

– Мутанты…

– Ну да, – согласился волосатый старик и откинулся на спинку стула, – мутанты-то доберутся.

Вон Винчи куда угодно доберётся…

– Этот да, этот доберётся. А некоторые мутанты так и вовсе с крыльями!

– Не бывает с крыльями, Феликс! Ты где таких видел?

– Позавчера в небе…

– Ты пьяный был весь день! – недовольно вскричал Джанни. – Кому ты втираешь? Мутанты с крыльями! Во выдумал, старый дуралей!

– Ничего я…

Феликс не закончил оправдательной фразы, так как отвлёкся на торопливо бредущую к дому Ханну. Черноволосая старушка со смуглой кожей придерживает очки, спешно перебирая коротенькими ногами.

Десятки её платков развеваются пёстрыми крыльями.

Кряхтя, госпожа Рамирез ловко взлетела по ступенькам. С торопыги льёт зловонный пот.

– О, Ханна! – дружелюбно прокряхтел Феликс. – Тебя, что, черти вилами пригнали?

– Ой, дурак ты старый! У Путов сына нашли! Мёртвым! Винчи принёс!

– У Путов, говоришь…

И все замолчали.

19:12

Винчи

Бар «Тёплые огни» – вотчина кутящего человека. Крошечный оазис безмятежности, покоя и иллюзорного счастья.

Всякий, кто желает хорошо провести время, приходит сюда ровно в семь. Расположенный на Армейской улице, что начинается от ворот армейских складов, бар зазывает выпивох громадной красной вывеской, подсвеченной самодельными масляными фонарями.

И мы, как слепые мотыльки, слетаемся на свет.

Здание бара большое, двухэтажное. Красуется свежими досками, роскошными окнами и приветливо распахнутой дверью, из которой толстой змеёй выползает тепло и уют.