Навьи слуги, или Сказка, написанная кровью. Славянское фэнтези

Страх в сердцах ваших живёт, потому и других в леса дремучие да болота непроходимые толкаете. Трусы! – в негодовании Дарёна топнула ногой.

– Прекрати напраслину сказывать. Я никогда трусом не был, в десятке боёв да сражений бывал, но одно дело врага бояться, а другое с божествами да колдовством дело иметь, – старец произнёс это полушёпотом.

Дарёну всё ещё распирало от злости. Страх, похоже, прошёл, и теперь в глазах её было лишь негодование. Старик же напротив, говоря о неведомых волшебных землях, выказывал некоторое волнение.

Заметив это, девушка несколько успокоилась, ей даже по-своему стало жаль старика, и она спросила:

– А женщина?

– Какая женщина?

Веледар потупился, и отвёл взгляд в сторону. Дарёне показалось, что старик что-то не договаривает, таится.

– Не знаю, во сне моём она была, она ещё в волка обратиться могла.

Девушка попыталась поймать взгляд старика, но тот отступил в тень, теперь его лицо казалось сплошным тёмным пятном.

– Я же говорю не волки это, потому как следы от них человечьи оставались.

– Не понял ты меня. Темнишь ты что-то, недоговариваешь.

Велидар сделал ещё один шаг назад.

– Не знаю я ни о чём таком, и всё тут.

– Ну и ладно, раз так, не стану тебя больше спрашивать.

Дарена повернулась, и пошла в сторону городских ворот.

– Так ведь и я не понял, отговоришь ли ты княжича от похода, иль нет? – крикнул Велидар вслед.

– Да нет, его уж никому не под силу уговорить, раз решил так, будь что будет.

9

Лёгкий ветерок обдувал вспотевшие тела юношей, которые отдыхали во дворе после очередной воинской забавы.

Скуба с Радеем спорили, а молодой княжич сидел задумчивый, и почти не принимал участие в разговоре.

– Так что же, нас князь на печенегов одних послать желает, втроем поедем? – с недоумением произнёс Радей.

– А ты что, испугался? – поддразнил брата Скуба. – А может ты, как и мужичьё это, духов лесных убоялся?

– А ты почём знаешь, что это не нежить балует? Сказки такие на ровном месте не рождаются.

– Глянь на него, мальчик губки надул, байки бабкины вспомнил, про домовых да берегинь.

– А ну прекрати, – Радей рассердился не на шутку. – Сам-то, помниться, в детстве за печкой прятался, когда гроза гремела. Думал, что перуновы стрелы тебе предназначены.

– Может, хватит языками молоть, – осадил спорщиков Чеслав. – Нам не сказки вспоминать надо, а думать, как дело порученное исполнить. Времени-то нам на сборы мало отведено. А нам ещё дружину собрать велено.