Шестой

– Позвольте вам помочь, а то у вас полные туфли песка. Можете опереться на меня.

Ошарашенная такой галантностью, Мария Фёдоровна взяла Сергея под руку. Нерешительно, можно даже сказать робко. Сделала шаг, затем другой… Поражённые мальчишки заметили, что женщина покраснела как школьница и, опустив глаза, проследовала за Сергеем. Когда они ушли, разочарованный Юрка подошёл к Денису и спросил:

– И что теперь? – он грязно выругался, сплюнул себе под ноги и кивнул на Бурмистрова, – С этим-то, будете драться?

– Да пошёл он, – фыркнул Денис и, откопав свою сумку в общей куче, поплёлся вслед за удалившейся «парочкой».

Эту историю Мире рассказала Алина Седина – Пашкина сестра. Сама она услышала её от брата. Узнав, что, трое парней из её класса были готовы за неё драться, Мира пришла в полнейший восторг.

Спустя несколько дней, когда Мира осталась в классе одна, после уроков, все трое её «воздыхателей» разом вошли помещение и закрыли за собой дверь. Мира даже немного испугалась, но когда услышала слова Сергея, который предложил ей выбрать одного из трёх, тут же позабыла все свои страхи.

Смутилась. Сердце выпрыгивало из груди, да и коленки, прикрытые юбочкой средней длинны, бессовестно дрожали. Саргей, Володя, Денис. Все торе такие искренние, и такие разные. Конечно же, в тот день, она выбрала Серёжу Громова!

Айрис

За дверью кто-то ходил. Ронан глянул на висевший на стене колчан. Потянулся. Рука нащупала топор.

Чего это я? Мы дома! Здесь нас никто не посмеет тронуть. По крайней мере, Ронану очень хотелось в это верить. Он приблизился к окну, чуть отодвинул плотную занавеску. Выдохнул, и тут же усмехнулся в кулак: «Может зря обрадовался? Айрис! Порой её визиты хуже встреч с любым привидением». Ронан посмотрел на стоявшую в углу, наспех смастерённую люльку. Младенец не издавал ни звука. Ронан прошёл к выходу, поставил топор у косяка и распахнул дверь.

Приталенное платье с вырезом на груди, шерстяная клетчатая накидка с медной застёжкой на левом плече, тонкий бронзовый обруч на голове.

Миленькая селянка с белыми кудряшками смотрела на юношу строго.

– Зачем ты притащил его сюда?

Вздёрнутый носик, лучистые, чуть раскосые глаза, родинка над правой губой. Девушка теребила висевшую на шее серебряную брошь, сжимала пальцами так, точно хотела растереть в порошок.

– Это девочка, – уточнил Ронан и отвернулся.