Шестой

Где ванная, библиотека? Мы больше не можем ждать! Вы хоть понимаете, как для нас важен этот заказ? Если по вашей вине мы потеряем клиента…

– Я руку порезала, – ничего лучше не смогла сказать в своё оправдание Мира. Но, в отличие от молоденького гаишника, Вениамин Павлович, похоже, крови совсем не боялся. Через полчаса, получив ещё два дня и «последнее китайское», Мира вышла в коридор в прескверном расположении духа. Только сейчас она вспомнила о том, что с ней случилось на дороге. Во время беседы с симпатичным лейтенантом-гаишником.

Что это было? Мистика!

2

В курилке с полдюжины сотрудников-мужчин активно дымили, обменивались шутками, травили анекдоты. Когда Мира проходила мимо, она невольно прикрыла нос. Четвёртый месяц воздержания, а тут такая завеса. Мира снова вспомнила о лежавшей на одной из полок кухонного гарнитура пепельнице. Выкину! Выкину! Выкину!

– Ей! Постой… те!

Она обернулась. Среднего роста, полноватый мужчина, глубоко затянувшись, не гася, швырнул сигарету в дымящуюся урну и направился к Мире.

На ходу он подмигнул остальным обитателям курилки, те заулыбались. Мира узнала Вадика Корецкого. Этому-то чего надо?

Вадик, а иначе Вадим Викторович, главный инженер фирмы и правая рука самого Вениамина Павловича, а если откровенно, его самая большая головная боль, приходился племянником Андрею Пестову. Влиятельный родственник Вадима – член городской думы имел двух собственных сыновей, ввиду этого, племянником он не особо интересовался.

Но Вадик, невзирая на это, при любом случае, напоминал окружающим о своём выдающемся дяде. Вениамин Павлович, не желавший связываться с «думцем» Пестовым, терпел все выходки Вадика, не смея хотя бы раз поставить своего главного инженера на место. Мира редко напрямую сталкивалась с Корецким раньше, зато от женщин-коллег слышала о нём массу гадостей. Считавший себя отъявленным ловеласом, Вадик, не пропускал ни одной юбки, но, почему-то до сей поры, к Мире ни разу не подкатывал. Что же это? Первый заброс? Ну-ну.

– Здравствуйте, Вадим Викторович. Что-то хотели? – рот Миры выгнулся коромыслом, хотя глазки сверкали задиристо и зло.

– А чего это сразу Викторович? Можно просто Вадим, – Корецкий расправил плечи и втянул в себя живот.

Мира чуть не прыснула со смеху, ты бы ещё щёки втянул. Вслух же произнесла:

– Предпочитаю соблюдать корпоративную этику…

– Да, ладно! – Корецкий откинулся, отчего его животик вновь выступил вперёд.