Не стать упырём. Зло из глубины веков

Однако, ноги, совершенно независимо от его воли, всё же сделали к ней первый шаг.

– Не-ет! – заполнил собой в тот же миг всё пространство грота крик Стаса.

Незнакомка же в ответ расхохоталась.

– Да! – всё так же властно и громко проговорила она, и Стас сделал к ней ещё один шаг. Затем ещё, и ещё…

И вот он приблизился к ней почти что вплотную. Незнакомка оказалась так близко, что стал хорошо слышен её запах, на удивление совершенно не похожий на тот, что царил в том подземелье. Вернее сказать, отсутствие запаха, полное и оттого настолько яркое, что на фоне сырого и затхлого смрада грота оно делалось осязаемым.

И тут она шагнула Стасу навстречу, резко выбросив вперёд руки и схватив за голову, после чего резко притянула его к себе. Нельзя передать словами, насколько вырос в те мгновенья в душе у Стаса и без того заполнявший там всё до отказа ужас. Парень уже всё сопоставил: во-первых, колья в груди у каждого из найденных в гроте скелетов, во-вторых, когда и, самое главное, зачем в старину их забивали в сердца усопших, и в-третьих, внезапное оживление сейчас одного из тех скелетов, после того, как торчавший у него меж рёбер кол был оттуда вынут. Сопоставил и понял. Вампиры… Вурдалаки… Упыри…

А из-под изящных губ незнакомки, словно подтверждая его догадку, уже вылезли большие и страшные белоснежные клыки. Ещё несколько секунд, и она, пугающе разинув рот, словно выставляя их напоказ, впилась ими в шею несчастного диггера, вмиг добравшись до его горячей молодой крови и начав жадно глотать её большими и частыми глотками.

Свет тут же померк в глазах у Стаса, и земля предательски куда-то ускользнула из-под его ног…

1. Очнувшись в могиле

Руслан пришёл в себя в непонятной тесноте.

Непонятной и очень уж необычной.

Всё под ним и вокруг него было каким-то жёстким, неудобным. Однако, несмотря на всё это, ему вначале показалось, что он проснулся после ночного сна в своей постели у себя дома. Слишком уж такое для него было привычным.

Странным поначалу показалось только одно. Что проснулся он сам, его никто не будил. Ведь его сон по утрам всегда нарушала мама.

Как обычно после утреннего пробуждения, не открывая глаз и ещё даже не потягиваясь, он мысленно пробежался по всему своему телу, прислушиваясь к своим ощущениям. И вот тут-то последние его насторожили. Он вдруг осознал, что лежал на чём-то непривычно твёрдом, и при этом что-то такое же твёрдое стесняло его по бокам.