Пожиратели человечины. Cборник

Донёсшийся от двери зловещий металлический лязг отмыкаемого замка разбудил сразу всех троих. Едва сдержав крик от испуга, и Жека, и Олег с Таней, с ужасом уставились на угол, из-за которого должна была появиться пленившая их старуха. Скрипнула дверь, и в следующее мгновенье все трое хорошо различили старушечье шарканье страшной бабки, перемешанное с немного более твёрдой поступью кого-то ещё. Ещё несколько секунд, и из-за угла показалась хозяйка ужасного подвала, рядом с которой, сильно сгорбившись, ковыляла ещё одна старуха в похожем одеянии, держа в руках какую-то чашку.

– Ну-у, что-о, – повернулась первая из них к своим пленникам. – Готовы?

Осклабившись в жуткой улыбке, обнажив свои жёлтые кривые зубы, она подошла к клетке.

– Вернее сказать, ты готов?

Её корявый палец указал на вмиг побледневшего, словно снег, Жеку.

– К чему? – только и смог тот вымолвить в ответ, от страха почти потеряв голос.

Смотря расширившимися от ужаса глазами на старуху-людоедку, он медленно попятился от двери.

На его без единой кровинки лице в те мгновенья читался нечеловеческий ужас.

– Хе-хе-хе! – противно засмеялась бабка. – Яда, ты слышишь?

– Не пугай его, Еге! – отозвалась её сгорбленная, ещё сильнее, чем она сама, спутница. – А то мясо жёсткое будет.

– М… Мясо?! – не помня себя от ужаса, Жека не мог выговорить ни слова.

– Ну да, – развеселилась та, кого только что назвали Еге. – Твоё мясо! Мы же тебя сейчас съедим! Хватит разговаривать, иди лучше сюда.

С последними словами старуха шагнула к клетке.

– Нет! – в панике Жека бросился от бабки в самый дальний угол клетки, однако, в следующее мгновенье застыл на месте.

В тот же момент и Олег, вскочивший было на ноги, готовясь, вступаясь за друга, броситься на бабок-людоедок врукопашную, и Татьяна, тоже попробовавшая подняться с матраса, почувствовали, что и их тела вдруг стали им неподвластны. Как это уже приходилось и ему, и ей, на себе испытать, когда бабка опутывала их своими чёрными колдовскими чарами.

С выражением обречённости на лицах они оба тут же рухнули на пол, только-то и сумев, что упасть не на голую каменную поверхность, а на только что покинутый матрас.

– Да, милок, да, – словно уговаривая Жеку, проговорила, между тем, своим каркающим мерзким голосом старая сволочь, открывая клеть и шагая внутрь. – Пойдём.

С последним словом она взяла бедного парня за руку чуть выше локтя и потащила за собой.