Акваланги на дне

Полундра с изумлением оглянулся назад, ожидая, что девушки будут протестовать, жаловаться на то, что привезли их совсем не туда, куда было нужно.

Однако ничуть не бывало! Девицы сидели смирно и выглядели вполне довольными тем, что оказались возле этого домика.

– Это ваш собственный домик, да? – прощебетала шатенка, обращаясь к вернувшемуся к машине и усевшемуся снова за руль Дорофееву.

– Ну, а то чей же! – ответил тот, осторожно трогаясь с места и заезжая в раскрытые теперь настежь ворота на посыпанную розовым гранитным щебнем небольшую парковку возле самого дома.

– Здорово! – восхищенно проговорила шатенка.

И брюнетка вторила ей:

– Ой, как здесь красиво.

«Домик», куда привез их Дорофеев, и в самом деле был неплох. Недавно отстроенный, из белоснежного, еще не успевшего потемнеть от времени и непогоды кирпича, изяществом своим он походил на яркую ярмарочную игрушку. Окна первого этажа были застеклены огромными, словно магазинная витрина, матовыми стеклами с синеватым отливом и закрыты фигурными коваными решетками.

Окна же не достроенного пока второго этажа оказались вовсе без стекол, какие-то длинные рейки и брусья стропил торчали из пустых оконных проемов.

Сам дом был расположен в дальнем от ворот углу довольно обширного приусадебного участка, и до него нужно было еще идти метров десять по бетонной дорожке, аккуратно выложенной посреди вспаханной садовой земли и сверкающего яркой зеленью газона с тщательно подстриженной травой.

Такие же дорожки вели к другим строениям дорофеевской «усадьбы», которая теперь была совершенно открыта палящим солнечным лучам, но со временем обещала превратиться в тенистый уголок благодаря многочисленным недавно высаженным деревьям.

– Кто ж тебе устроил весь этот маленький рай на земле? – не удержался, спросил Полундра у своего бывшего командира и друга, выбравшись из «Лексуса».

– Сам, конечно, – усмехнулся Дорофеев.

 – Кто же еще мне будет устраивать? Мой хозяин богат, своим людям платит щедро. Ладно, пойдемте в дом, – негромко добавил он, обнимая за талию и прижимая к себе шатенку.

Жгучая брюнетка взяла под руку Полундру и пошла рядом с ним. Старлей, как ни хмурился, вынужден был смириться с этим. Не вырываться же ему из женских объятий!

Вчетвером они поднялись на широкую веранду, откуда открывался великолепный вид на море и Балаклавскую бухту.