Боевой вирус

– Я же сказал тебе: заклей ей пасть скотчем! Не хватает еще соседей переполошить!

Парень, избивавший Гиви, бросился исполнять приказание. Заодно он заклеил рот и маленькой Ануке, которая негромко плакала, прижавшись к боку матери. Теперь огромные черные глаза ребенка с катящимися из них крупными слезами беззвучно взирали на мучителей. В них плескался ужас.

Мужчины, брезгливо морщась, легко приподняли безвольное тело Гиви и швырнули в глубокое кресло посередине комнаты. Потом напарник ловко, быстро и надежно прикрутил широким скотчем его руки к подлокотникам, а грудь к спинке.

Подумал и примотал и ноги к низким толстым ножкам и заклеил рот.

– Не задохнется?

В ответ напарник оглядел гостиную и заметил широкую вазу с цветами на комоде под зеркалом. Он швырнул букет в угол, а воду с размаха выплеснул в лицо Гиви. Тот дернулся и замычал.

– Живучий!

Мужчина, отдающий приказания, оседлал верхом деревянный стул и склонился к связанному пленнику:

– У тебя есть только один шанс спасти свою семью.

Это честно и подробно ответить на все мои вопросы. Надеюсь, ты понимаешь, что произойдет в противном случае.

Он обернулся и чуть заметно кивнул головой. Тут же парень с татуировкой ухватил молодую женщину за волосы, задрав ей голову вверх, а второй рукой одним движением разорвал на ней легкий халатик от горла до подола.

Гиви резко замотал головой, сдавленно зарычал и так отчаянно задергался в кресле, что едва не опрокинулся вместе с ним на пол. Остановил падающую мебель третий участник экзекуции.

Он, не говоря ни слова, стал наносить короткие, резкие удары в грудь и живот жертвы. Взгляд Матиашвили остекленел, голова откинулась набок, а изо рта на плечо и грудь потекла струйка крови. Главарь предупреждающе поднял вверх ладонь. Избиение тут же прекратилось.

– Воды! – распорядился он.

Напарник расторопно сбегал на кухню и принес целую кастрюлю воды из-под крана, плеснул в лицо Гиви, приводя его в чувство.

– Урок понял?

Пленник закивал.

– Отлично.

Но это последний раз, когда мы ограничиваемся столь мягким внушением. Запомни: я спрашиваю, ты отвечаешь. Ни единого слова больше, никаких просьб и уговоров, никаких объяснений. Ясно?

Дождавшись утвердительного кивка, старший резким движением оторвал скотч от губ жертвы.

– Где находятся сейчас ваши латышские гости? – медленно и внятно проговорил он.

– Они… они… – голос Матиашвили был глух и прерывист, – собирались остановиться в «Ипари» или «Вилла мтиеби».