Человек-торпеда

– Это открытая информация, просто вы ею не интересовались. Да вы не думайте, Сергей, я не в укор вам или вашей стране говорю. Прошло уже столько времени, что все это стало теперь историей с большой буквы. В пятьдесят шестом году всех сосланных реабилитировали, но многие так в Казахстане и Узбекистане и остались. Многие разъехались по всему Советскому Союзу. Кстати, я знаю, что один из самых популярных российских певцов конца восьмидесятых годов – кореец.

– Вы про Виктора Цоя что ли?

– Вот видите, даже вы его знаете!

– А почему бы мне его не знать? Певец действительно был известный.

– Мы приглашали его к себе и жить, и концерты давать, но он не успел дать ответ.

«Вряд ли бы Цой к вам поехал, – подумал Полундра. – Не был же он глупцом».

– У меня есть несколько знакомых корейцев, – сказал Полундра. – Отличные люди. Одного из них я могу даже другом назвать, и довольно близким.

– Да? – вежливо спросил Фан Кай Вень.

– Его зовут Чанг Зюнь. Он военный врач, мы с ним вместе года три служили.

– А сейчас он где?

– Уехал к родителям в Казахстан. Наверное, они как раз из тех, кого сослали и кто возвращаться после пятьдесят шестого не захотел. Они живут на берегу Аральского моря, в поселке Светлый. В этом поселке, кстати, очень значительная часть населения корейцы, я там у Чанга один раз в гостях был, видел.

– А чем же ваш друг теперь занимается?

– Точно сказать не могу, но кажется, врачом и работает. Там экология плохая, люди болеют часто.

Работа вредная, но другой там нет, для бывшего офицера и такая за счастье, надо полагать.

На лице корейца не дрогнул ни один мускул, только глаза чуть заметно сверкнули. Впрочем, может быть, Полундре показалось?

Задав еще пару вопросов о друге Полундры, кореец снова переключился на прошедшие учения, выражая восхищение всеми русскими моряками, а Полундрой в особенности. Ближе к концу банкета кореец ненадолго вышел, а когда вернулся, вручил Полундре довольно большой портрет Ким Чен Ира.

Откровенно говоря, радости от такого подарка Сергей не испытал ни малейшей, но отказываться, разумеется, было нельзя – обидишь. Пришлось принять и поблагодарить. Мало того, буквально через минуту к Полундре подскочил кто-то из начальников и прошептал на ухо, что необходимо тоже что-то корейцу подарить.

– Ну и подарите, – ответил Павлов.

– Это должен ты сделать! Он сделал подарок тебе, значит, и ответный ты должен преподнести.