Десантники не сдаются

– Сколько по расчетам должно было погибнуть мирного населения? – спросил Влад.

– По приблизительным оценкам от трех до пятидесяти тысяч. – Глаза депутата были полуприкрыты, слова звучали отстраненно, скрипуче. Пленник был похож на механическую куклу, у которой кончается завод и проржавели пружины. – Перед терактом чеченцы и дружественно настроенные лица будут предупреждены. Не все, только самые ценные...

– Какими соображениями могут быть оправданы подобные жертвы среди мирного населения?

– Для вас это мирное население.

Для нас – никто. Чужая вера, враждебный нам образ жизни. Враг, который подлежит уничтожению, кроме детей младше пяти лет и стариков, которые не могут рожать детей, но могут еще работать. – Слова текли без задержки, как будто отрепетированная не раз речь.

– Как по-писаному шпарит, мерзавец, – хмыкнул Влад.

– При психосканировании легко выплывают на поверхность глубинные подсознательные маркеры. Они – следствие социального зомбирования. Тут и религиозные, и бытовые постулаты, и неписаные законы племени, в общем, тот самый пресс, которым с детства у человека подавляется личность и трансформируются морально-нравственные оценки.

Он не принял эти истины на веру после долгих размышлений о смысле жизни. Они вбиты в него гвоздями, – пояснил Эскулап.

– Понятно, – кивнул Влад.

– Особенно мощные маркеры оставляет идеология мусульманского фундаментализма, будто специально созданная для зомбирования. Анзоров может блистать в обществе, разъезжать на лимузине по московским политическим бомондам, читать Бебеля и Бабеля, но в подсознании стоят флажки.

В этом заключается мощь глобальных идеологических движений. И дело не только в мозге человека. Тут сказываются еще совершенно неизученные связи в биоинформационном поле.

– Все слишком мудрено, – усмехнулся Влад. – Нам нужно немного. Чтобы этот подонок еще поработал на нас.

– Тогда продолжаем обработку...

Эскулап снова взялся за подопытного. На этот раз в ход пошла «медуза» – металлический колпак со щупальцами проводов, отходящих к жестяному ящику и компьютеру.

Еще через полчаса Анзоров был готов к новому этапу.

– Экстренная связь с Рамазаном, – нагнулся над ним Влад. Сейчас депутат смотрел на него выпучив глаза, и глаза эти были стеклянные. – Есть канал?

– Есть.

– Ты вызовешь его...

– Я не могу.

– Это надо для проведения священной акции возмездия, – мягко произнес Эскулап, касаясь плеча пленного. – Это очень важно. Ты сделаешь это.

– Сделаю...