Десантники не сдаются

Покумекаем, – кивнул Гермес – сухощавый мужчина, давным-давно разменявший полтинник. – А ты здесь отдохни, Влад. Расслабься от трудов праведных...

– Обязательно, – безрадостно ответил Русич.

– Массажисток предоставить не могу. А вот записи Шуберта и Глинки имеются.

– Вот спасибо...

Это надолго. Влад знал, что теперь сутки или двое не вылезет отсюда. Гермес будет тщательно знакомиться со всеми материалами, а Русич будет давать пояснения. Тут же под рукой шеф аналитической группы.

Влад вздохнул. Ему страшно хотелось домой, к семье.

Но его желаний никто не спрашивал.

Ему отвели просторную комнату. Там он провалялся несколько часов на диване, щелкая пультом телевизора, перескакивая с безрадостных новостей о падениях вертолетов, терактах и новых политических инициативах Европарламента на американские боевики, где горели машины и герои стучали с треском друг другу по мордам. Грязь, боль, дерьмо – в общем, норма.

Влад отключил телевизор. Врубил музыкальный центр. Подборка дисков была по вкусу Гермеса – сплошь классика.

Зазвучала божественными аккордами опера Вагнера «Гибель Богов». Эта музыка будто вышибала человеческий дух из тесных оков обыденности, возносила его к божественным вершинам, открывала взор на суть вещей. Да, «Полет Валькирий» стоило бы сделать гимном Организации...

Насладиться до конца высоким искусством Владу не дали. Затренькал внутренний телефон.

– Подойди ко мне, – послышался в трубке голос Гермеса. – Тут кое-что интересное...

Влад спустился в подвал, где в защищенном от всех видов прослушивания помещении Гермес ознакамливался с материалами.

– Не упускай ничего, – произнес он, включая видеомагнитофон.

На экране появился Рамазан Даудов, из которого Эскулап выжимал все самые позорные факты его мерзкой биографии.

«– Отработали заказ... Взорвали лабораторию. Вместе с людьми.

– Дальше.

– Цель была – лаборатория, оборудование. Персонал.

– Чем дело кончилось?

– Мы выполнили заказ. Там был список людей, которых надо ликвидировать обязательно.

– Кто заказчик?

– Платили хорошо... Какой-то Виктор.

– Кто такой Виктор?

– Странный тип... Не из уголовников. Не из идейных...

– Как выглядит? – Голос у Эскулапа был вкрадчивый.

– В шляпе... Серый какой-то. Средний рост. Среднее телосложение. Весь какой-то средний. Я не помню его лица. – Допрашиваемый запнулся. И с отчаянием воскликнул. – Я не могу вспомнить его лица. Не могу. Не могу...

– Спокойно. Тут тихо и безопасно.