Дом, где взрываются сердца

А если бы бороду еще? С ней он вовсе станет похож на сельского батюшку.

По потолку пробежал отраженный солнечный блик. Стекло неторопливо ползущего по улице автомобиля поймало солнечный луч и бросило его на потолок.

Теплое апрельское утро. Понедельник. Начиналась новая неделя. Как всегда, суетная. И с привычной сумасшедшинкой. Обычная рабочая неделя корреспондента газеты для астрально продвинутых и космически повернутых «Запределье»…

* * *

– Во, получи, – главный редактор газеты «Запределье» Николай Николаевич Сомин двинул через свой редакторский полированный стол неряшливую толстую стопку писем.

– Это чего? – осведомился Валдаев.

– Редакционная почта, – с гордостью произнес главред. – На твою статью.

Писем было штук тридцать, что сегодня, при взлетевших почтовых расценках, общей апатии населения и прогрессирующем равнодушии к печатному и непечатному газетному слову, такая почта была уже событием.

– Это по интервью с «пантерой»? – спросил Валдаев, кинув беглый взор на первое письмо.

– С ней. Народ ждет продолжения, – главред взял лежащую на пепельнице дымящуюся курительную трубку и попыхтел ею.

– А надо? – спросил Валдаев.

– Чего насупился? Не хочется?

– Не хочется, – признался Валдаев, которому эта статья встала поперек горла.

– А придется… Интерес читателя надо подогревать. Читателя надо любить, – завел главный старую песенку.

– Но странною любовью, – брякнул Валдаев.

– Читатель голосует за нас рублем.

 – Сомин строго посмотрел на своего подчиненного, и тот сник под этим суровым взором старшего товарища по партии, в свое время насквозь видевшего тех, кто шагает не в ногу с основной линией.

Сомин был страшным занудой. Полжизни он провел на руководящих должностях в журналах «Агитатор и пропагандист», «Молодой коммунист». И привык свято чтить генеральную линию. Просто раньше линия такая была – ликовать по поводу увеличения поголовья крупного рогатого скота и роста проката черных металлов.

Теперь Сомина больше заботило увеличение в средней полосе России поголовья вампиров и ударный рост проката порнопродукции.

В журналистском деле Сомин ни бельмеса не понимал. Стиль имел казенный и суконный. Даже статьи о ведьминых шабашах и астральных агрессорах у него выходили скучные, что-то в них неуловимо напоминало передовицы в «Молодом коммунисте». Но он был начальником. Свято следовал принципу – «я начальник – ты дурак, и наоборот».