Другие. Солдаты вечности

И то – если будет приглашен. Неудивительно, что начиная с XII века многие пытались попасть в загадочную страну и достичь высочайшей из целей. История этих поисков весьма поучительна: для немногих людей поиск Грааля стал духовным приключением, для большинства же – погоней за вполне конкретным сокровищем, источником власти и бессмертия.

Семь лет назад Ждан, путешествуя в отпуске по Европе и опасаясь встретиться со Стольниковым где-нибудь в Германии или Италии, побывал на аукционе в Милане. Уже и не помнил он, что побудило его выступить участником, но за пять тысяч евро он приобрел письмо византийскому императору Мануилу от неизвестного автора.

Уже тогда Ждан, имеющий доступ к финансовым возможностям НИИ, не забывал про свое будущее. Покупка предметов старины гарантировала сохранение нажитого и, что не менее важно, не оставляла следов финансовых операций. Аукционы славятся своим непробиваемым упрямством в отказах правоохранительным системам всех стран в информации о сделках. Ждан обеспечивал свое будущее.

Когда впервые пришла мысль про безбедное будущее? Наверное, в тот майский день две тысячи первого года, когда в Другой Чечне он столкнулся со смертью и вырвался из ее объятий невредимым. Как бы то ни было, письмо им было куплено и привезено в Россию. В нем, датированном 1165 годом, византийскому императору Мануилу сообщалось неизвестным автором:

«Пресвитер Иоанн, всемогуществом Божиим и властью Господина нашего Иисуса Христа царь царей, повелитель повелителей, желает другу своему Мануилу, князю Константинопольскому, здравствовать и благоденствовать по милости Божией».

Вполне обычное начало для послания тех времен. Письмо было выставлено на аукцион, разумеется, не потому, что автором его являлся апостол Иоанн, предвидевший апокалипсис. Кто бы поверил в это. И сам факт того, что документ оказался на аукционе и не был выкуплен Церковью, был доказательством непричастности Иоанна к нему. Просто это было древнее, очень древнее письмо. И не стоило бы оно пять тысяч евро, когда бы не упоминание в нем лиц, забыть которые невозможно.

Как бы то ни было, письмо Ждан привез в Россию, а уже потом попросил находящегося в НИИ ученого либо опровергнуть, либо подтвердить заявленный на торгах текст документа.

И вскоре выяснилось, что письмо содержит информацию, которую ценной, и правда, назвать нельзя. Но Ждан не унывал, поскольку важна для него была не столько истинность информации письма, сколько древность самого письма.