Гамма-воин

 – Знаешь, она сама ФСБ сдалась! Сама, прикинь! Сказала, что дальнейшая борьба бессмысленна…

– Откуда знаешь-то? – нарезая сервелат большими ломтями, поинтересовался Артем.

– А я вместе с прапором из контрразведки увольнялся, он и сказал…

– Мальчики, давайте о чем-нибудь интересном, – попросила вдруг поскучневшая Анечка.

– К чему это ты? – вяло отмахнувшись от девушки, спросил у приятеля Тарасов.

– Да к тому, что победа, брат! – ликовал подвыпивший Багратион. – Не зря мы там лучших ребят положили! Нет, не зря!.

. «День Победы порохом пропах…»

Аня, вильнув тощим задком, скрылась на кухне. Зазвонил мобильник Багратиона. Артем вышел на балкон и с наслаждением выкурил две сигареты подряд. Тепло было, и москвичи прогуливались далеко внизу – кто с собачкой, а кто и так, сам по себе…

Когда Тарасов вернулся в комнату, вид у Анечки был еще кислее, чем прежде, а на раскрасневшейся физиономии Чиковани было написано смущение.

– Ты за Анькой своей приглядывай, – прошептал на ухо Артему Багратион.

 – Меня вон за штаны хватала!

– А ты что? – поморщился Тарасов.

– Мягко уклонился, – усмехнулся Сашка. – Подруга друга для меня святое!

– Не обращай внимания, – посоветовал Артем. – Это у нее юность играет… сам знаешь где…

Багратион обнял друга за плечи.

– Завтра вылетаем, майор! К самому черту на кулички! – мотнул он чернявой головой. – Не верится, честное слово! Что там будет-то?!

– Вопрос снимается как дурацкий, – оборвал Тарасов. – Пошли, Саня, спать… Эй, Анюта, ты ему на кухне на диванчик плед брось – хватит с него! Пусть вспомнит суровую боевую юность…

Тарасов не слышал, как девка проворчала:

– Сам себе постелет… не маленький… девственник грузинский…

«Газель» с тонированными стеклами стояла перед подъездом.

Водитель не глушил мотор. Слегка помятые, но бодрые Тарасов и Багратион спустились со ступенек. Дверь, рокоча, откатилась в сторону.

– Доброе утро! – услышали они голос Ициксона. – Вот поднялся ни свет ни заря, чтобы вас встретить…

Кроме водителя и таинственного Бориса Евгеньевича, в салоне «Газели» не было никого.

Артем и Чиковани, переглянувшись, поудобнее расположились в салоне. Путь предстоял неблизкий – через всю Москву.

– Ну и скажи мне теперь: в чем сила, брат? – пробормотал Багратион на ухо Артему.

– В нефти, в чем же еще! – так же тихо ответил Тарасов.

– Успеете еще нашептаться! – прервал Ициксон дружеский интим. – Самого главного я вам давеча не сказал.