Гавань красных фонарей

Но Голицын с Марконей продолжали, словно машины, под счет Татаринова выполнять упражнение и после цифры «семьдесят». На «семьдесят втором» Голицына начало трясти, и поручик был вынужден стиснуть зубы и даже надкусить нижнюю губу, для того чтобы ни в коем случае не сдаться раньше времени.

Старший лейтенант собирал остатки сил, чтобы не уступить специалисту по батарейкам…

Ведь он, Голицын, признанный рукопашник, признанный мастер владения ножами, хороший стрелок. Нужно даже сказать, что отменный стрелок. И всякий раз, когда они сходятся с Марконей в силовых упражнениях, постоянно оказывается вторым.

Это бесконечное дикое унижение, которое порою они устраивают добровольно, а в этот раз по приказу командира…

Когда командирский счет дошел до отметки «семьдесят четыре», руки у Голицына отказали и он просто ткнулся в траву, в то время как Марконя издевательски еще сделал десять отжиманий, после чего с улыбочкой поднялся и небольшими поклонами поблагодарил зрителей за недолгие, но сильные аплодисменты.

Татаринов очень быстро разобрался с призами:

– Диденко, как аутсайдер, идет добывать пищу – на рыбалку. Малыш – два километра по лесу, как я и обещал. Занявший почетное второе место Голицын может ничего больше не делать. А чемпион Марконя тренирует отстающих – старшего лейтенанта Бертолета и нашего уважаемого доктора. Все, можно разойтись. И… секунду: чемпион не жалеет своих товарищей и качает их по полной программе, благо свежий воздух и у нас еще не закончились репелленты от комаров.

Хм-хм. Пламенный физкульт-привет! Как говорится, чем тяжелей учение, тем меньше тратим на лечение.

Окинув хозяйским взглядом стеллаж с оружием и аккуратно уложенное водолазное снаряжение, Татаринов посмотрел в угол, где стояла и его удочка. Он уже собирался было взять инструмент для рыбной ловли и отправиться следом за Диденко, когда зуммер стоящей на столе рации ожил.

Татаринов смотрел на рацию несколько секунд, как испуганный постоялец гостиницы на появившегося в ванной таракана.

Желание было одно – прибить!

Снял трубку и назвался позывным:

– Тандем на связи…

– Тандем, это Макушка, – ответила трубка, – сейчас с вами будет говорить старший.

Что за «старший», Татаринов не понял, но когда он услышал голос, то без труда узнал вице-адмирала Старостина.

– Как отдыхается, Тандем? – спросил вице-адмирал, и Кэп живо представил, как его начальник сидит за столом и покуривает свою бриаровую трубку. Просто так адмирал не звонил.